Зодчий. Книга III

Витязь старался хранить серьёзный вид, но из него бил детский восторг. Неподалёку от начальника гарнизона застыл в седле Капелюш. Так как люди у Снегова сейчас на вес золота — наличие водника в сопровождении означает, что от охраны мне всё равно не отделаться.

— Хорошо, ваша доблесть.

— Клянусь, ваше благородие, мы не позволим им вернуться. Мы удержим Колодец, отбитый Империей! Ценою наших жизней! Вы можете не волноваться!

— Ваша доблесть, не надо так, — задрал я голову, вглядываясь в лицо начальника гарнизона.

— Мы отбили Колодец, ваше благородие. Вы понимаете всю серьёзность? — не удержался от широкой улыбки Станислав. — Нам удалось сделать то, чего не могли экспедиционные корпуса Имперской Гвардии! У нас было меньше сотни одарённых! Да чего я говорю! — он резко махнул рукой. — Не мы! Не мы! Это ведь вы сделали, ваше благородие! Это исключительно ваша заслуга!

— Так, ваша доблесть, давайте вот без этого. Без вас я бы сюда не добрался, да и здесь бы закончился быстро.

— Вы вольны говорить что угодно, ваше благородие. На моё мнение это не повлияет, — упрямо заявил витязь. — В своём рапорте я изложу всё так, как было на самом деле. Простите. Вы достойны наивысшей награды за то, что сделали, и об этом я непременно тоже укажу!

Рапорт… Ну, что поделать. Скрыть событие такого размаха не получится. Пусть пишет что хочет. Возможно, это сыграет мне на руку. Ведь может быть, я повторюсь — может быть — с этим миром ещё не всё потеряно.

Я смотрел на сияющее лицо витязя в задумчивости. Такие легко отобьются. Вот только людей, похожих на Снегова, не так много. С большей вероятностью благородные семьи весело и непринуждённо уничтожат друг друга из-за какой-нибудь неважной мелочи. Ведь никто не даёт обезьяне роботизированную ракетную установку. А некоторые власть имущие в этом мире недалеко от мартышек убежали.

— Конструкт непригоден? — отвлёк меня от размышлений Снегов.

— Как видите, — кивнул я на рухлядь, затем запрыгнул в седло смирно ждущего меня коня. Капелюш сразу тронул поводья. Он тоже смотрел на меня с восхищением. И это мне очень не нравилось.

Дело надо делать, а не купаться в лучах обожания. Не люблю я это всё. Страшно не люблю.

— Люди Вепря займутся зачисткой, ваша доблесть. Я возвращаюсь в Томашовку. Дальше, как договорились.