Зодчий. Книга III

— Хм… Понимаю тебя, Мишенька. Понимаю. Хорошо-хорошо. Дайте мне одну минуточку, раз всё так серьёзно.

Он поднялся из-за стола и медленно пошёл к выходу. Каблуки его туфель стучали по каменному полу, и эхо распространялось по залу, отражаясь от стен и потолка. Наконец, хлопнула дверь.

— Почему вы мне помогаете? — вдруг спросила Панова.

— Мне кажется, у нас есть кое-что общее, — глянул я на девушку. — Мы оба не любим нечистых на руку людей. Если можно сделать этот мир лучше, почему бы так не поступить?

— Вы были бы идеальным дознавателем… — покачала головой Александра.

— Побольше бы таких. Тогда система бы не ломала вновь приходящих, а учила их истинному кодексу.

— Простите, но я свою стезю уже выбрал, — улыбнулся я девушке. — Предпочитаю строить тюрьмы, а не наполнять их.

Уголки её губ дрогнули, поднимаясь, но глаз Панова от меня так и не отвела, будто решаясь что-то сказать. И когда, наконец, собралась с силами — внезапно открылась дверь, и на пороге возник Павлов.

— Ну что, Мишенька.

Кажется, удача на твоей стороне. Михаил Венедиктович согласен встретиться. Летний сад, вход с набережной. Полночь. Надеюсь, ты сможешь быть? Мне бы не хотелось звонить ещё раз и просить перенести встречу.

— Спасибо, Александр Сергеевич, — поднялся я.

— Сиди-сиди! — Павлов шёл к столу. За ним снова открылась дверь, и вошла служанка в скромном наряде.

— Госпожа Панова, моя помощница Мария хотела бы провести для вас небольшую экскурсию по моему изумительному дому. Уверен, она окажется для вас увлекательной.

А мне бы хотелось перекинуться парочкой слов с Михаилом Ивановичем, если не возражаете. Наш разговор будет очень скучен для вас. Чертежи, схемы, материаловедение и момент инерции. Всякая унылая чушь.

— Конечно, господа. Спасибо вам, ваше благородие. Огромное спасибо, — торопливо поднялась Панова. — Империя не падёт, пока в ней остаются такие люди, как вы.

— Какие громкие слова! — покачал головой Павлов, но от улыбки не удержался.

Когда девушка покинула залу, Александр Сергеевич нетерпеливо побарабанил пальцами по столу, поднялся и поманил за собой.

Я, ни слова не спрашивая, последовал за проректором. Кажется, он вёл меня в святая святых…

— Сгораю от нетерпения посмотреть на твою схему! — повернулся Павлов, когда мы вышли в коридор и поднялись на один этаж. После чего проректор подошёл к глухой стене, в которой прятался потайной механизм. Инициировал отпирание замка, и та поползла в сторону, открывая узкий освещённый ход.