Зодчий. Книга III

Я видел, как одарённые становились обычными смертными, когда не контролировали свои силы.

А Капелюш совершил серьёзную ошибку в той схватке. Правильную, несомненно. Нужную. Но всё-таки ошибку.

Спустившись к дороге, неподалёку от которой синий поток реогена уже возводил супермаркет «Ай Да Товаров», я ненадолго остановился у пустой тренировочной площадки и вновь вернулся мыслями к разговору с Туровым. Да, внутренняя безопасность в лице четверых местных жителей — не слишком-то и внушает. Всё-таки с гвардией пока выходило не очень.

Понятно, что процесс обучения не может быть быстрым, однако мне реально нужен ударный кулак сейчас, а не через год. Так что решение прибегать к наёмникам далось непросто, но было вынужденным. Впрочем, Паулина обещала изучить вопрос именно с переселенцами, подкупая тех уровнем жизни в Томашовке, а не только заработком. Я доверился девушке, хоть и не собирался отпускать ситуацию полностью.

Пока я в задумчивости стоял у ограждения, за которым раскинулась истоптанная площадка, один из домиков, построенных для гвардейцев, отворился и наружу вышел… Витязь.

Увидев нас, командир гарнизона смущённо покраснел и сделал шаг назад, но затем, стиснув зубы, всё-таки вышел на крыльцо и почти с невозмутимым видом кивнул, приветствуя.

Мои охранники синхронно отсалютовали командиру, а тот спустился с крыльца и зашагал к нам, красный как рак, но глядящий на подчинённых максимально строго. И Капелюш, и Турбин хранили благоразумное и почтенное молчание. Наверное, тоже знали о количестве дуэлей Снегова.

— Стасик! Ты забыл! — дверь в жилой модуль распахнулась и оттуда появилась завёрнутая в полотенце растрёпанная Нюра. В руках она держала какую-то тряпку, которую моментально спрятала за могучей спиной, едва заметила нас.

— Ой, — басом воскликнула великанша и скрылась из виду, хлопнув дверью с такой силой, что с дерева на другой стороне дороги взлетела птица.

— Рад видеть вас в добром здравии, ваша доблесть, — без улыбки кивнул я витязю. Снегов неторопливо приблизился:

— Господа.

Прошу не допускать распространения каких-либо слухов на мой счёт, — он всё ещё сохранил лицо невинного ребёнка, но теперь этот ребёнок был родом из фильма ужасов. — В случае если честь Анны будет задета, я буду вынужден встать на её защиту. Надеюсь, вы понимаете?

— Несомненно, ваша доблесть. Как ваша голова? — попытался я смягчить сложившуюся ситуацию. Вкусы разные нужны, вкусы разные важны. Кому и Нюра — Анна.

— Спасибо, ваше благородие, гораздо легче.