Зодчий. Книга III

— Вау! Это так… ммм… — восхищённо закатил глаза американец. — Позвольте представиться — барон Уильям Дигриаз. Ваш преданный слюга!

— Билли, не смущай девушку, — попросил я.

— Я не смущаюсь! — немедленно возмутилась Александра. — Мы можем уже поговорить? Вы тратите время человека, находящегося на службе!

Стоящий за её спиной Хаиров сделал максимально грозный вид:

— Оставьте девушку в покое!

— Дуэль? — немедленно поинтересовался у него Билли. Глаза американца стали ледяными. — Давай? Со мной дуэль! Давай, давай!

— Зачем дуэль? — растерялся сержант.

— Не надо дуэль. Просто…

— Оу, вы такие серьёзная, — будто осуждающе покачал головой Дигриаз и снова принялся за бег на месте. Затем поклонился и отправился на пробежку, задев плечом Хаирова. Специально задев. Опешивший представитель комиссии промолчал и правильно сделал.

— Господин Зодчий, доброго утра! — поприветствовали меня охранники на входе. Зазвенел колокольчик над дверьми, возвещая о новом посетителе. Зал «Логова» был практически пуст.

Парочка туристов завтракала за самым больши́м столом, на кухне гремела посуда. На звонок выскочила официантка и обрадовалась мне, как старому знакомому:

— Михаил Иванович, как обычно, яичницу по-деревенски?

— Было бы изумительно, Машенька. Организуешь нам столик где-нибудь в уединении? — сказал я ей.

Официантка охотно закивала, но когда её лучистый взгляд коснулся моей спутницы, то на миг стал колючим и злым, однако в следующую секунду Маша уже спешила по залу, провожая нас. Едва мы сели, как раздался ещё один радостный возглас:

— О! Ваше благородие! Какая встреча, а я как раз к вам, — в зале появился Мстислав Глебов.

Одет он был по-простому, но довольно опрятно. Не городской житель, но и не представитель российской деревни.

Предводитель сталкеров шёл к нам из уборной, отряхивая руки:

— Вы хотели меня видеть, и вот…

Я ограничился кивком и торопливым жестом:

— Попозже. Сейчас я немного занят.

— Тогда на улице подожду, — он вытер руки об рубаху и, подмигнув Пановой, затопал к выходу.

— Вижу, вы очень популярный и занятой человек, Михаил Иванович, — сказала мне Александра, едва мы уселись за крепкий стол в углу заведения. Я расположился на одной стороне, а Хаиров и Панова на другой. Хаиров положил папку на стол, очень демонстративно, а затем водрузил поверх руки. Сержант внимательно изучал меня, всем видом показывая, как же много знает, про таких преступников, как я. И что он насквозь видит мою коварную натуру.