Золотая башня

Лицо вышло очень похожим, вот только тело получилось заметно крупнее, а в разрывах рубашки виднелся накачанный пресс.

– Э-эм, – смущённо протянул Колл.

Тамара выхватила рисунок из его рук.

– А вот и нет, – возразил Джаспер, который наверняка был бы в восторге от рисунка, изображай он его.

«Поблагодари их, – посоветовал Аарон. – Скажи ей, что это отличный рисунок».

Учитывая, что Селия рассказывала всем, какой Колл злодей, дополнительная плохая реклама ему точно была не нужна. Вдруг эти первогодки помогут ему вернуть хорошую репутацию среди остальных учеников?

– Спасибо, – сказал он Лизе.

– О да, – согласилась Тамара.

– Просто знай, – добавил Аксель, – если тебе что-то нужно, мы рядом. Мы поможем. Правда. Что бы ни понадобилось.

– Это так мило с вашей стороны, – сказала Тамара.

Лицо Колла расплылось в коварной ухмылке. Он знал, что делать с этим неожиданным подарком.

– Класс! Как вы можете видеть, мы страшно заняты, так что, может, вы сходите в столовую и принесёте нам пирогов с лишайником, которые на вкус как пицца? А потом я попрошу вас взять в библиотеке кое-какие книги…

– Колл! – перебила его Тамара.

Он невинно на неё посмотрел и сказал первогодкам:

– Пирогов пока будет достаточно.

Те кивнули и убежали выполнять поручение.

– Они не твои личные помощники, – заметила Тамара.

– Думаю, вскоре ты убедишься в обратном, – ответил Колл. Затем признал: – Наверное, за это мне нужно начислить баллы Вселенского Зла.

– Что? – не поняла Тамара.

– Потом расскажу, – отмахнулся он.

Может, Тамаре и не стоит знать о его колонке Вселенского Зла. А уж Джасперу и Гвенде тем более. Они и так как-то странно на него смотрели. Ещё начнут сами начислять ему баллы.

«Если в этих книгах не найдётся описание подходящего оружия, нам придётся заняться этим всерьёз, – сказал Аарон. – Я знаю, ты не хочешь заглядывать в те воспоминания, но что если они наша единственная надежда победить Алекса?»

«Никому не поможет, если я обращусь во ВС», – мысленно огрызнулся Колл.

Как же он скучал по тем дням, когда самыми ужасными своими проступками он считал списывание во время контрольной и решение ухватить последний кусок пиццы. Воспоминания Константина были опасны и страшно притягательны. Что если он сможет спасти мир, но при этом потеряет себя?

Но если он станет Константином, захочет ли он сражаться с Алексом?

Колл вернулся к книгам, но с каждой перевёрнутой страницей надежда найти иное решение таяла.