Золотая лилия

Но, хотя Эдди хорошо учился и делал домашние задания, он без колебаний забросил бы уроки, если бы знал, что принесет немалую пользу в другом месте. Я могла представить лишь одно дело — и более серьезное, чем поиски «лекарства» от существования стригоем. У меня бешено заколотилось сердце.

— Как Джил?

Должно быть, она в порядке. Иначе мне бы сообщили, верно? Эдди, как и я, находился в Палм-Спрингсе для того, чтобы защищать Джилл. Если девушке грозит опасность, то остальные события отходят на второй план.

— Нормально, — подтвердил Дмитрий.

 — Я с ней разговаривал сегодня утром. Точно не знаю, что стряслось, но Эдди не стал бы пропускать эксперимент без серьезных причин.

— Пожалуй, — пробормотала я, недоумевая.

— Ты беспокоишься прямо как я, — поддразнил меня Дмитрий. — Я думал, такое невозможно!

— Ведь моя работа — беспокоился о нас. Я должна постоянно следить, чтобы все были в полном порядке.

— Иногда неплохо позаботиться и о себе. Возможно, другим это очень поможет.

Я фыркнула:

— Роза называет тебя Дэенским Учителем Мудрости.

Неужели я приобщилась к твоей философии? Теперь я понимаю, почему она не в силах устоять перед твоим обаянием.

Дмитрий от души рассмеялся над моей отповедью, что с ним случалось не слишком часто.

— Полагаю, ты права. Если спросить Розу, она заявит, что все дело заключалось в моем умении ловко орудовать колом и сносить головы. Но уверен, в конечном итоге ее завоевала именно дзенская мудрость."

"Моя ответная улыбка немедленно выродилась в зевок. Просто поразительно — я перешучиваюсь с дампиром! А раньше меня захлестывала паника, стойло лишь оказался в одной комнате с кем-то из них или из мороев.

Но постепенно на протяжении последних шести месяцев страх начал развеиваться. Я по-прежнему воспринимала их как иных, но я сама также сильно изменилась. В глубине души я считала верным продолжать проводить границу между ними и людьми… Но, с другой стороны, хорошо и то, что я сделалась более гибкой. Мне стало проще работать. «Не перебери с гибкостью!» — сурово произнес мой внутренний алхимик.

— Вот мы и приехали, — сообщил Дмитрий, останавливаясь перед моим общежитием в Амбервуде. Если он и заметил изменения в моем настроении, то сделал вид, что ничего особенного не случилось. — Тебе надо отдохнуть.

— Попытаюсь, — ответила я. — Но сперва выясню, как там у Эдди.

Лицо Дмитрия сразу приобрело по-деловому строгое выражение.

— Когда отыщешь его — пришли парня к нам на вечер, может, мы еще немного посидим. Соня обрадуется.