Золотая лилия

Адриан подошел поближе, с таким просительным выражением на лице, что мне сделалось не по себе.

— Пожалуйста, Сейдж! Я многого от тебя прошу, но, между прочим, поездка может пойти тебе на пользу. У тебя будет целый день в Сан-Диего — все в полном твоем распоряжении. Это, конечно, не наблюдение за планетами вместе с Брэйди… но я буду перед тобой в долгу — в буквальном и переносном смысле. Я заплачу за бензин.

— Его зовут Брэйден. И где ты, скажи на милость, возьмешь деньги?

Адриан жил на очень скудное пособие от отца.

Отчасти именно поэтому он поступил в колледж в надежде получить в следующем семестре стипендию и немного поправить финансовое положение. Я могла бы только порадоваться за Адриана, если бы парню это удалось. Но, с другой стороны, задержись наша компания в Палм-Спрингсе до января… Такое будет означать лишь одно — у мороев начались серьезные политические проблемы.

— Я экономил и собрал немного денег, — немного поколебавшись, сказал Адриан.

Я не стала пытаться скрывать удивление.

Экономить он мог только на спиртном и сигаретах, на которые обычно скромное пособие Адриана и расходовалось.

— Правда? — поинтересовалась я. — Ты отказался от выпивки, чтобы повидаться с отцом?"

"— Не навсегда — признался Адриан. — Это было бы смешно. Но, может, у меня получится ненадолго переключиться на что-нибудь подешевле. Например… на коктейли с замороженным соком. Знаешь, как я их люблю? Особенно с вишней.

— А я нет, — парировала я. Адриан легко отвлекался на эксцентричные разговоры и блестящие штучки.

 — Чистый сахар!

— Чистый восторг, ты хотела сказать? Я лет сто ничего подобного не пробовал.

— Ты отвлекся от темы, — напомнила я.

— Ах, да. Ты свои деньги получишь, даже если мне придется сесть на коктейльиую диету. Существует и другая причина… Я надеюсь, старик согласится повысить мое пособие. Ты, возможно, и не поверишь, но я ненавижу одалживать у тебя. Отцу легко увиливать при телефонных разговорах, но вот лицом к лицу… Ему некуда будет деваться.

Плюс — он считает, что просить прямо — более «по-мужски» и «прилично». Таково благородство в понимании Натана Ивашкова.

И снова в голосе Адриана прозвучала знакомая мне горечь. И нотка гнева. Прежде чем ответить, я некоторое время молча смотрела на него. В коридоре царил полумрак, дающий Адриану преимущество. Он-то видел меня отлично, а мне было трудно его разглядеть. Ярко-зеленые глаза, которыми я часто невольно восхищалась, теперь казались темными.