Золото Югры
0 прочтений
Стрельцы, что охраняли Спасский взвоз на Москву, потребовали было бумагу. Макар ткнул пальцем в надписи на бочках.
Старший из стрелецкого караула прочитал и спросил:
– Рыбу, что ли, послал в бочках хан Изота? Так у царя, поди, рыбы хватает…
– Шкуры послал югорский хан Изота! – громко сказал Макар. – Песца, да черную лису! Тридцать сороков!
Стоявший рядом со старшиной молодой стрелец икнул и от неожиданности уронил бердыш.
– Чего испугался? – ввязался в разговор Хлыст. – Ценного меха не видал? Иди на Югру, там насмотришься.
Стрелецкий старшина крякнул, спросил:
– Рядом. Перекинешься через Урал, переплывешь две речки – и вот она, Югория!
Стрельцы сгрудились, намерились дальше слушать про богатства, что лежат почти рядом.
– Нас спешно государь ждет! – веско выговорил Макар. – Давай, пропускай!
В саду непеевского дома Катарина Барли ходила тихо, с опаской носила большой уже живот. Лисья шуба, накинутая на плечи, волочилась по увядающей траве.
В голос залаяли здоровые, черные, приворотные кобели, обнажая жуткие клыки.
– Кого несет, суена Матрена? – крикнул на стук приворотный сторож.
– Макар Старинов желает попасть в дом! – рявкнул голос из-за высоченных дубовых ворот.
Катарина Барли, теперь уже точно – Катарина Старинова, боярыня, ойкнула и тихо осела на аккурат упавшую шубу…
Иван Васильевич, Царь Московский, князь Казанский и Астраханский, Царь Сибирский и всех земель отчич и дедич, сидел в Крестовой палате и, наклонив голову, шумно выдыхал воздух.
Осип Непея и Макар Старинов опять сотворили земной полупоклон.
– А ведь я, Макар, вознамерился месяц назад тебе голову рубить. – прошелестел тихий голос царя. – Мне твоим словам, сам понимаешь, как теперь верить? Одни талдычат, что англы были в Китае и вернулись назад.
Непея толкнул Макара. Тот поклонился:
– Прикажи, государь, внести дань и ввести англицкого падре, коего мы специально для тебя оставили вживе…
Царь кивнул. Осип Непея пошел, открыл дверь в палату.
Рынды неспешно занесли три бочки с мехами. За рындами мелкими шажками в палату вошел Винченто. Прошагавши до самого кресла царя, падре перекрестил его католическим уставом. Царь ухватился за посох.
– С ума сбрендил? – грозно вопросил он.