Золотое время

Думая о новчах, они искали оружие, какое-нибудь мощное средство ведения войны, чтобы применить его против Рам Сина и других захватчиков, если придется Драться. И ничего не было.

Хмурясь и шаря у себя в памяти, Фенн медленно произнес:

— Я думаю… Они сказали, что нигде в Цитадели не будет орудий смерти.

Рука Лэннара сжала его локоть. Он рассмеялся, и смех его был горек.

— Это было благородно. Но они не рассчитывали на новчей.

Тень ужаса начала расти в их умах.

Фенн видел, как тщательно подготовлено было невероятное множество книг, моделей и диаграмм, так что любой человек мог вначале ухватить в них самое простое, а затем, как по ступеням, карабкаться дальше.

Какое-то знание все еще жило в мире. Но если бы даже не уцелело ничего, кроме человеческой энергии и разума, сокровища Цитадели могли бы все же принести пользу, так великолепно продуман был каждый шаг.

Они увидели не более сотой части этого колоссального памятника человеческой вере и храбрости. Собственная их вера и храбрость провели их через полмира, чтобы все это найти.

Они были утомлены, и враг шел за ними по пятам. Ошеломленные, изумленные, полные благоговения, они вернулись в Центральный зал. Часовые на лестнице доложили, что снаружи все тихо.

— Они придут, — сказал Малех.

Он подошел к глобусу высотой в два человеческих роста, помещавшемуся в середине зала, и от нечего делать стал вращать его, наблюдая игру света и теней на поверхности морей и суши. Он разделся, и Фенн увидел, что волосы у него на теле стали гуще, как если бы страшный холод заставил проявиться последние, до сих пор не проявлявшиеся в нем признаки новча.

Фенн подошел к нему и задал вопрос, который задавал ему и раньше:

— Малех, кто такие новчи?

Мощная рука Малеха прекратила вращать глобус. Пальцы его покоились на континенте, который некогда назывался Европой.

— Вот здесь, — сказал он. — Когда вращение Земли замедлилось, вся эта сторона навеки отвернулась от солнца и угодила в Великую Тьму. Воздух здесь не замерз, потому что в нем все еще держалось тепло, исходящее из сердца земли.

Но все остальное вымерзло и погибло — все, за исключением нескольких мужчин и женщин — немногих достаточно сильных, чтобы выжить. Эти уцелевшие собрались вместе и нашли, как им жить дальше. Они приспособились к тьме и холоду, у них даже выросла шерсть, а умы их заострила необходимость. — Малех улыбнулся и опять стал вращать глобус. — Они и были Новыми Человеками — новчами. Но они все еще оставались людьми и помнили солнце.