Золотой пленник

После этого его пропустили внутрь, и дежурный капрал проводил его до совещательного зала, где и находился командовавший всеми прибывающими подкреплениями герцог Хотторн.

Герцог оказался высоким седым человеком лет шестидесяти. Он выслушал доклад капитана, произведя на него хорошее впечатление. Видимо, в такую глушь из столицы его выслали за какую-то провинность, выгнали, но доверили важнейшую цитадель на границе с неспокойными провинциями.

– Завтра утром я уже составлю для вас приказ, капитан, а пока – на словах.

Вам надлежит выдвинуться далее на юг, до городка Арум, это два дня ходу. Дороги охраняются нашими постами, такого безобразия, как вы описывали, там нет. В Аруме остались арсеналы, здесь же мы все уже истратили.

– Разрешите вопрос, ваша светлость…

– Чего нам ожидать? К чему готовиться?

– Сейчас из-за Тивира рвется мурпаза Эльдерсай с двадцатью тысячами всадников, это передовой туранский отряд. Берега Тивира лесисты, поэтому пока там успешно действует полковник-барон Литвар, у него пять тысяч пехоты и шесть сотен сборной кавалерии.

К сожалению, ему приходится отбиваться и от летучих карсаматских отрядов, которые проникли на побережье, чтобы соединиться с туранскими войсками. В Аруме вам дадут более полную информацию, сюда она приходит с опозданием.

– И последний вопрос, ваша светлость.

– Полагаю, что самый неприятный для меня, – грустно усмехнулся герцог.

– Ночью на нас напала какая-то тварь… В темноте утащила лошадь.

– Да, ваша светлость.

– Где это произошло?

– На холмах, в одном дне пути.

– Да, я знаю, где это. – Герцог обернулся и позвал: – Мессир Агеллон!

От группы беседовавших у стола военачальников отделился человек с длинными волосами и в черном просторном одеянии, из украшений на нем был только оправленный в белое серебро крупный фиолетовый камень на серебряной цепи. Борода и усы подошедшего были подстрижены и завиты, как у дворянина, однако глаза выдавали человека, далекого от утех светской жизни.

– Мессир, это капитан фон Крисп, у него есть что вам рассказать, а я пойду.

– Говорите, – негромко произнес Агеллон, когда герцог ушел.

– Мессир, я видел, как пробудилось кладбище огров.

– Так точно, мессир.

Агеллон вздохнул и понимающе кивнул.

– Когда-нибудь это должно было случиться, нельзя на таком месте устраивать постоялый двор. Что вы видели?

– Там был огонь, такой яркий, что слепило глаза. Он полыхал, словно карстовая соль в пламени, а раскаты грома были такими, что дрожала земля.