Золотой пленник

Они вместе бросились к телу и в новой вспышке далекой молнии убедились – головы не было и вся трава вокруг оказалась залита кровью.

Утром предприняли попытку отыскать голову погибшего, но не нашли – пришлось хоронить так. Правда, позже, когда колонна выходила на дорогу, неожиданно отыскалась стрела от барийского лука. Она лежала ярдах в двухстах от места лагеря, ее наконечник почернел и выглядел сильно протравленным, как будто его многократно раскаляли в горне и опускали в воду.

Фон Криспу такая картина была знакома, примерно так выглядел его меч после того, как им был зарублен демон эртадонт.

– Стало быть, сержант, ты все же добрался до ее крови, – сказал фон Крисп, разглядывая испорченный наконечник.

– А я? – ревниво спросил лейтенант Горн.

– Возможно, и вы тоже, лейтенант, только болт из вашего арбалета чудовище утащило на себе.

– Хорошо, что они не появляются днем, господин капитан, – заметил Уэйт.

– Возможно, это еще случится.

– А я бы так просто желал этого, – признался Горн. – Так бы и всадил каленый болт в эту тварь! Но только в честном бою, а не ночью.

Фон Крисп и сержант переглянулись. После подвига лейтенанта, когда ему удалось попасть в карсамата, он стал выглядеть значительно бодрее, но иногда его заносило.

Колонна вышла на дорогу, когда еще не разошелся туман. Так и шагали по его волнам оборванные невольники, словно какое-то призрачное войско.

Едва показалось солнце, впереди возникла заминка. Капитан съехал на обочину и из седла стал разговаривать с какой-то женщиной. Мимо как раз проходила Первая рота.

– Сержант Уэйт, выделите ей человека в сопровождении Гудьира, нужно вытащить из колодца издохшую козу.

– Истинная правда! – по-старушечьи запричитала просительница. – Воды взять неоткуда, скоро колодец совсем пропадет. Это близко, вон из-за холма крыша торчит – это и есть мой дом.

– Только быстро, понятно? Пока не разошлись, идти будем медленно – пусть догоняют.

– Слушаюсь, господин капитан, сэр!

Фон Крисп дал коню шпоры и поскакал в голову колонны, а сержант окинул Первую роту быстрым взглядом – кого отправить, чтобы не жалко было, ежели пропадет.

– Ты, Питер Фонтен, давай иди с сержантом! И смотрите, отстанете – карсаматы вам головы отрежут!

Питер отозвался на это неожиданное задание с неохотой, в то время как Гудьир вмиг преобразился. Он давно был трезвым, и от этого его то морозило, то бросало в пот.

Они пошли в сторону от дороги, туда, где возле холма из-за деревьев виднелась крыша.