Золотой стриж

Значит, тот, кто обучил нынешнего Мага, был из земли, где умеют считать до крупных величин, но при этом не Ястреб. Ближайшая такая земля – Греция. Они не такие наивные, как остальные, у них многие золотые маги выжили и разошлись по свету. Спасают свою культуру ученой магии как могут. Мы тоже многому у них научились. В смысле… – Он запнулся. – Ястребы. Не мы.

Маг слушал его, приоткрыв рот. Он явно не представлял, что Ястреб может говорить столько слов подряд, и среди них не попадается ни одной угрозы.

– Так что в бумаге, что за подсказка? Это уже не имеет значения, место силы найдено, и все-таки… – начал Нил, и Маг перебил его.

– Ты лучше скажи ему уйти, – прошептал он, косясь на Кадета. – Это очень важная штука.

– Он свой, – уверил Нил, решив пока не уточнять, что с точки зрения места рождения Кадет куда более свой, чем он сам. – И он вообще-то жизнью рисковал ради нас всех.

Маг еще несколько секунд смотрел на Кадета, потом смягчился и кивнул.

– Ладно. Спасибо тебе, птица, – нехотя проговорил он.

– Если прикажешь, я уйду, – сказал Кадет Нилу. – Я больше не слышу стаю, а значит, они меня тоже не слышат, но для верности, возможно, лучше…

– Оставайся, – твердо сказал Нил. Все, никаких больше тайн. – Маг, рассказывай.

Тот бережно вынул из стопки бересты потрепанную бумагу. Нил видел – как бы Маг ни боялся, ему ужасно хочется что-то рассказать, прямо руки трясутся.

– Тут две странности: как написано и что. Насчет того, как: приглядитесь еще разок.

– Ну? – не выдержал Нил, увидев знакомые ряды знаков.

 – Слушай, я не понимаю этот шифр, мы на него долго смотрели!

– Это не шифр. Это язык, – подрагивающим от волнения голосом сказал Маг. – Тот, на котором мы сейчас говорим.

Нил посмотрел на ничего не значащие значки, которыми был усеян лист.

– У местных нет письменного языка, – возразил Кадет.

– Вот спасибо, удивил, – хмыкнул Маг, и Нил вдруг понял, что две недели без магии определенно пошли ему на пользу: он повзрослел. – У учителя была мечта: создать письменный язык для местных племен, но из меня ученик был не очень.

 – Он грустно улыбнулся. – Я читал его записи, и, когда первый раз увидел бумагу, она мне их напомнила. Некоторые знаки точно как у него, другие странные, но система та же. – Маг взбудоражен-но ткнул пальцами в бумагу. – В точности я пока расшифровал маленький кусок, остальное только в общем. Это все равно что переводить с языка глубоководных рыб: куча незнакомых слов, иногда вообще непонятно, о чем речь.