Золотой стриж

– Не впечатляет, – отрезал Кадет, вздрогнув, когда очередной дрожащий ком воды разбился о его спину.

Лжец. Он был впечатлен, действительно впечатлен и напуган, – но, похоже, как и Нил, всегда считал за лучшее изображать, что ему все нипочем. Хоть что-то у них есть общее.

Ответить ему Нил не успел, потому что вдруг ощутил кое-что уж совсем непрошеное – чужое присутствие рядом. Оно бархатно сжималось, наступало сразу отовсюду, Нил чувствовал его не головой, а ногами, телом, будто смог поймать отзвук чужих шагов через землю.

– И что будешь делать дальше? Поливать меня, пока не зацвету? – неразборчиво спросил Кадет, давясь водой.

До Нила дошли сразу две истины: во-первых, только что на его глазах Ястреб пошутил, во-вторых, хваленое ястребиное зрение и слух сильно переоценивают. Кадет в упор не замечал, что они не одни, пока из леса не вылетел камень и не треснул его в плечо. Кадет глухо вскрикнул, попытался обернуться – и получил другим камнем в лоб.

– Держись, парень, мы идем! – азартно завопили у Нила над ухом.

Третий метко брошенный камень распорол Кадету бровь. Нил почему-то ожидал, что кровь у него черная, или зеленая, или вообще никакой, но она оказалась обычная, красная. Потекла вниз вперемешку с водой, заливая Кадету глаз и мешая видеть, что происходит.

Сквозь стену дождя Нил различил, как отовсюду к ним подбираются люди – все как один бородатые и худые. Их было человек десять, но двигались они абсолютно бесшумно, и Нил подумал: что, если они идут следом уже давно? Но страх так и не пришел, он чувствовал, что это свои, что они на его стороне.

– Хватит! – выпалил Нил, когда один из них снова швырнул в Кадета камнем.

Мужчина, бросавший камни, непонимающе уставился на Нила.

– Ладно, если у тебя другой план. – Он послушно бросил камень на землю. Нил мысленно дал ему кличку Храбрец, на вид он был самый задиристый. – Просто хотели помочь. Ты ведь… – Мужчина сглотнул, жадно разглядывая Нила.

– Я золотой стриж, – важно ответил Нил, который полдня мечтал кого-нибудь поразить этой новостью. – Магии у меня полно. Я иду…

По рядам мужчин прокатился сдавленный вздох, а Храбрец рывком притянул Нила к груди. Тот опешил. В каком-то дальнем, поблекшем углу его памяти хранились воспоминания о том, что раньше люди все время обнимались, но после стольких лет он не мог заставить себя обнять в ответ и просто стоял, одеревенело расставив руки.