— Эй, девка! Попей!
Глаза открыть больно, потому что свет подобен иглам. Думать тоже больно — каждая мысль как разряд электрического тока.
— Пей! — повторил бас.
Я всё-таки открыла глаза. Между прутьев, аккурат напротив лица, горлышко какого-то сосуда. Не бутылка, что-то другое. Я подтянулась, обхватила губами. Кажется, сосуд приподняли. В рот полилось нечто тягучее и прохладное. Я закашлялась, выплюнув половину.
— Вот дура! — прокомментировал первый бас.
— Молчи, — рыкнул второй. — Сам бы давно сдох.
— И уже мне: — Пей ещё!
Я подчинилась.
Спустя пару минут мир снова пришел в движение, а я смогла различить цокот копыт и скрип колёс. Что это?
«Настя…»
Оклик пробился сквозь головную боль, вызвал волну дрожи.
«Настя, это Верез. Помнишь меня?»
Нет. В смысле — да. Чёрт! Что это? Меня наркотой накачали?
«Почти,» — отозвался маг.
Я отключилась. Не знаю, сколько длилось забвение, но когда сознание вернулось, боль стала почти терпимой. В остальном ничего не изменилось — то же небо, та же зелень, та же тряска и цокот копыт.
И голос мага в голове:
«Настя, ты как?»
Я ответила правду. В рамках цензуры она не умещалась.
«Я так и думал,» — отозвался собеседник.
«Где ты был!» — мысленно рыкнула я, и тут же взвыла — думать всё-таки больно.
«Не нервничай. И резких движений не делай, — прокомментировал Верез. — Это вызывает спазмы и усиливает боль.»
Спасибо. Я уже поняла.
«Где ты был? — повторила уже спокойней, но всё равно получила болевой удар.
— Почему не предупредил? Почему не помог?»
Верез молчал какое-то время, после сказал с горечью:
«Я выложился так, что даже говорить не мог.»
«Что?! Разве такое возможно?!»"
"«Настя… — старик выдержал новую паузу. — Настя, этот Эрик… Он действительно очень сильный маг. Я потратил два дня на то, чтобы найти брешь в защитном контуре его покоев. Ещё день пытался взломать. Безуспешно. В итоге мне пришлось вплести тебя в контур, а это колоссальные затраты сил.
Дальше — взлом тайника… Я даже при жизни так не выкладывался. Мне пришлось ослабить твой ментальный блок. Думаю, именно на это среагировала Грехта. Она превосходный менталист. И она следила за тобой.»
«Супер. Нет, мне определённо полегчало!»
«Не ёрничай. Я действительно не мог. К тому же, для меня эта ситуация не менее опасна, чем для тебя.»
«Из-за книги?»
«Нет, — нехотя признался старый интриган. — Если тебя убьют, я стану беспомощен.
