Не сразу сообразила кому принадлежит голос, а когда поняла… по спине побежали мурашки, пальцы сжали вилку с такой силой, что та ощутимо погнулась.
— Госпожа колдунья, вам задали вопрос, — холодно сказал Эрик.
— Вопрос? Какой вопрос?
Губы красноволосого дрогнули, и улыбка на мгновенье сменилась привычной ухмылкой.
— Я спросила, как вы находите Фаргос, — любезно повторила хозяйка дома.
Я зависла. Что значит «нахожу»? Я не нахожу, я нашла. И всего один раз… Чёрт, не в этом смысле. От смущения язык прилип к нёбу, уши вспыхнули.
Как не вовремя…
— Королевство… — я не говорила, я мычала, — королевство… как королевство.
На лице нашей хозяйки застыло любезное выражение. Так смотрят, когда неудобно признаться, что не поняли или не расслышали. Я кашлянула, прочищая горло, и попыталась исправиться:
— Хорошее королевство. Забавное.
Чёрт! Что я несу?!
Дама расплылась от удовольствия, будто я и впрямь сказала комплемент. Причём лично ей. Зато Эрик реплику не оценил."
"— Вот как? И что именно ты считаешь забавным, Настя?
Мда… прокол.
— Я не в том смысле…
— А в каком? — не отступал принц.
— В смысле, у вас очень милое королевство.
— Ты сказала забавное.
Я развела руками и попыталась сделать честные глаза.
— Забавный и милый — это слова-синонимы!
В этой ситуации не надо быть Станиславским, чтобы крикнуть «не верю!»
— Правда? — вкрадчиво поинтересовалось высочество. И хотя его голос звучал очень спокойно, в гостиной стало значительно жарче.
Положение спас Кардер — он расхохотался.
Спустя мгновенье главу тайной канцелярии поддержали и остальные. Смех был натянутым, но громким. Я тоже улыбнулась, давая понять — признаю, глупость сморозила.
Вот только Эрик не впечатлился, продолжал сидеть с каменным лицом. А когда смех затих, сказал, не скрывая раздражения:
— Хорошая шутка. Нужно запомнить.
Остаток ужина я старалась не отрывать взгляда от тарелки и помалкивать. Последнее оказалось проще всего — повторить «подвиг» хозяйки дома никто не решался, так что вопросов не было.
В спальню меня проводил Кардер. Он же развязал шнуровку корсажа, хотя я не просила. Закончив с узлами, взял за плечи, повернул к себе и сказал предельно серьёзным тоном:
— Колдунья, ты что творишь?
До этого момента всё-таки сомневалась, что Кардер — глава тайной канцелярии. Слишком улыбчивым, слишком добрым казался. Теперь сомнения рассыпались карточным домиком, а сами карты обратились в пепел.
