Нет, это не лопата, это всё‑таки весло.
– Она деревянная, – тоном опытного психиатра сообщила я.
Лицо парня вытянулось, глаза наоборот – округлились. Может я действительно нанюхалась до глюков?
Косарь очнулся быстро, чем лишний раз подтвердил уже замеченную мной сообразительность. Молча, как и подобает мужчине, взял весло и отошел в сторону. А потом легко вонзил его в землю. Настала моя очередь выкатывать глаза и терять подбородок. Точно нанюхалась.
Я подскочила к Косарю, выхватила весло и попробовала сделать то же самое.
Не вышло. Кончик деревянной лопаты вошёл в землю на пару сантиметров, не больше.
– Ты слабая, – констатировал парень, радостно оскалился.
– Стоп!
Спорить с огромным простоватым детиной опасно. Я решила доказать делом, благо лопату уже купила. Быстренько метнулась в московскую квартиру, схватила инструмент и, на глазах изумлённого землекопа, выковыряла довольно глубокую ямку.
– Но она… железная! – воскликнул Косарь возмущённо.
– Волшебная, – хмуро поправила я.
Уже вечером, побегав по интернету, я узнала, что русские крестьяне тоже копали землю «вёслами», аж до середины двадцатого века, но на тот момент, даже не подозревала о такой дикости. Молча, протянула лопату обалдевшему Косарю. Он не отпрыгнул, но и руки не протянул.
– Возьми. Попробуй.
– Так она ведь волшебная… – с сомнением произнёс парень.
– Я тоже волшебная. Меня ты трогал и ничего страшного не случилось.
Щёки Косаря стали малиновыми. Наверное, я перегнула с аргументами.
Зато лопату парень всё‑таки взял. И пока я докрашивала стену, деревенский оболтус едва не докопался до нефти.
Вторым сюрпризом стало появление хорошенькой рыженькой девушки, которая принесла большой пирог и кувшин молока. Девица осторожничала так, будто шла по минному полю прямиком в объятья врага. Меня и воняющий домик обошла по широкой дуге, робким воробушком прижалась к Косарю.
– Я обед принесла, – пискнула рыженькая. – Для всех. Для обоих.
Парень расправил плечи, бросил хитрый взгляд на меня и громогласно заявил:
– А что, Любка! Хошь я тя с колдуньей познакомлю?
Та выкатила пугливые серо – голубые глазки и задрожала.
Вот ведь гад!
Я торопливо вытерла руки о джинсы и поспешила познакомиться сама. Оказалось, девушку смутил мой наряд, ну и запах краски, конечно. Рыженькая была сестрой Косаря, первой красавицей деревни. Пообщавшись с ней десять минут, сделала ещё один вывод – не все красавицы заносчивы.
