Золотой шут

В зале воцарилась тишина, и все глаза обратились к двери. Те, кто стоял около нее, быстро отступили назад, освобождая проход к помосту.

Королева Кетриккен перешагнула порог зала вместе с принцем Дьютифулом, шедшим по правую руку от нее. Она многому научилась с тех пор, как я в последний раз видел ее входящей в Большой зал. Я оказался совершенно не готов к слезам, выступившим у меня на глазах, и гордой улыбке, грозившей засиять на лице.

Кетриккен была великолепна."

"Изысканный наряд только отвлекал бы внимание от ее собственной красоты.

На церемонию помолвки сына королева Кетриккен надела голубое платье, отделанное ярким собольим мехом. Простой покрой подчеркивал стройность ее фигуры и рост. Прямая, точно воин, и гибкая, словно тростник на ветру. Сияющие золотом волосы Кетриккен были собраны в косу, которая, будто корона, украшала голову и ниспадала на спину. Королевская корона казалась тусклой по сравнению с ее локонами. Я не заметил ни колец у нее на руках, ни ожерелья на шее. Кетриккен являлась королевой по сути, а не благодаря роскошным нарядам.

Шагавший рядом с ней Дьютифул был в простом голубом костюме, который напомнил мне о том, как Кетриккен и Руриск выглядели, когда я увидел их впервые. Тогда я принял наследников Горного Королевства за слуг. Мне стало интересно, как отнесутся к костюму принца представители Внешних островов – посчитают его проявлением скромности или бедности. Непослушные черные волосы юноши украшала серебряная лента, поскольку возраст не позволял Дьютифулу носить корону будущего короля.

Пока ему не исполнится семнадцать, он будет оставаться всего лишь принцем, несмотря на то что является единственным наследником трона. На шее принца я разглядел серебряную цепь, украшенную желтыми алмазами. В отличие от матери у Дьютифула были карие глаза, и, хотя не вызывало сомнений, что он принадлежит к роду Видящих, спокойное уверенное выражение, застывшее у него на лице, говорило о материнском воспитании.

Королева Кетриккен молча шла между подданными – гордая правительница, которая очень любит свой народ. Она искренне улыбалась тем, кто собрался на церемонию в Большом зале. Лицо Дьютифула было очень серьезным. Может быть, он знал, что стоит ему улыбнуться – и все сразу поймут, как сильно он напуган. Он предложил матери руку, когда она начала подниматься по ступеням на помост. Они заняли свои места у стола, но садиться не стали.