Золотой ворон

– Что нам делать? Нить здесь не поможет. Что это все значит? – раздраженно спросил Юкия.

Однако хозяин серьезно ответил:

– Видимо, это место находится ровно на границе между Ямаути и внешним миром. Это таинственное явление – воздействие границы, которая защищает страну ятагарасу. Оно пытается отсечь тех, кто рвется проникнуть снаружи.

Да, молодой господин говорил об этом, когда латал прорехи внутри горного храма в Сигурэ: страна Ямаути устроена так, что выйти из нее легко, а вот попасть внутрь трудно.

– То есть путь, которым мы пришли, и есть те самые Третьи ворота? – догадался Юкия, растерявшийся от того, какую форму приняли ворота и насколько это не совпадало с его ожиданиями.

Молодой господин посуровел:

– Чтобы убедиться в этом, нам надо будет послушать старика.

– Погодите-ка! Вы же говорили: истинный Золотой Ворон может ходить туда и обратно, не пользуясь воротами. А если это так, то, даже миновав эту самую границу Ямаути, или как там ее, вы можете спокойно пройти наружу и назад.

На это молодой господин кивнул:

– Так и есть. Когда он рассказал мне про «дорогу, по которой сложно вернуться», я подозревал, что здесь вход в Ямаути будет защищен. Но подумал, что меня, истинного Золотого Ворона, не коснутся никакие сложности. Я не сомневался, что все будет просто, поэтому без всякой подготовки пошел за тобой.

Но…

– Не знаю, что случилось. Ничего не понимаю, – серьезно пробормотал наследник.

– Да вы что, Ваше Высочество!

– Возможно, это возмездие за мое самодовольство. Я не ожидал, что даже меня воспримут как внешнего врага.

На первый взгляд молодой господин выглядел спокойно, но Юкия недаром целый год ему прислуживал. Для него было совершенно очевидно, что хозяин, хоть и делает вид, что спокоен, на самом деле паникует.

– И что же делать? Так нас вообще запрут здесь, – сказал юноша.

Сзади поджидают взбесившиеся от злости обезьяны.

Юноша приуныл, однако хозяин махнул рукой:

– Не бойся. Меня беспокоит то, что старик отправил сюда не только меня, но и тебя. И раз я тоже не могу здесь пройти, значит, эта граница – нечто иное, чем у края гор.

– Иное?

– Думаю, она ждет от нас не каких-то необычных умений, а проверяет, знаем мы, как выбраться отсюда, или нет.