Мы молчали, думали каждый о своём, возможно, кто то даже жалел уже, что рискнул…
Натянули полог, выложили спальники, двое мужчин курсировали в радиусе ста метров, меняясь каждый час.
На голых ветвях сушились бинты и плохо отстиранные в холодной воде тряпки. Женщины, кто мог, штопали свою и чужую одежду. Леди Рица баюкала распухшую забинтованную правую руку.
Темнело, и хворосту подкидывали в костёр все больше. Сумрак давил и пугал. Настроение было очень подавленное… С дежурства вернулся Грей, съел свою порцию гусятины и кусок хлеба, поблагодарил меня за горячий чай, хотя вечер нельзя было назвать холодным — так, легкая прохлада… Подсел поближе к костру и попросил у хмурого магистра Тэля:
— Лорд, вы не могли бы одолжить мне вашу галию?
Магистр скептически вскинул бровь и спросил:
— Вы и правда думаете, что сейчас удачное время?
Но муж молчал и магистр пошел к сваленным в кучу рюкзакам и мешкам с птицей.
Немного порывшись он принес что то вроде большой легкой коробки. Бережно расстегнул кожаные ремни и поднял крышку.
Инструмент был похож на гитару, разве что корпус не такой изгибистый.
Глен немного поперебирал струны, подтянул пару, а потом запел…
Что-то в его голосе и манере петь напомнило мне Высоцкого, даже легкая хрипотца от усталости не портили песню
По тонкому льду, потом
По топкому дну, ведом
Безумною жаждой жить
Затравленный зверь бежит.
Он в бег не готов — совсем.
Его семь потов — не семь,
А сорок по сорок раз
Изъеденных солью глаз,
И сорок на сорок язв,
Багрящих его окрас,
Разбитых копыт и слёз
На выдохе, сквозь мороз
По тонкому льду, потом
По топкому дну, ведом
Отчаянной жаждой жить,
Израненный зверь бежит.
Сказать, что ослаб — так нет,
Летел, как стрела в просвет
Подлеска, рекою вброд,
Замёрзшим гнильем болот.
Да были б сейчас рога!
Встречал бы в рога врага.
Но выкрал их ночью снег.
Осталось одно — побег,
По тонкому льду, потом
По топкому дну, ведом
Отчаяньем, жаждой жить,
Без устали зверь бежит.
Стихотворение ""Гон"" взято на сайте стихи. ру и принадлежит перу Леонида Чернышова
https://stihi.
ru/2019/10/14/5165
Глава 49
Утро было прекрасно! Мягкий солнечный свет, дымок от костра, холодная птица, сыр и хлеб на завтрак. Но это всё мелочи. Главное — не было ран и синяков. За ночь затянулись полностью и у всех. Не осталось даже легких царапин или шрамов. Ни на нас, ни на животных.
— Интересно, если бы мы не съели вчера гуся, он бы сегодня ожил? — И, хотя говорил Грей абсолютно серьезно, глаза его смеялись.
