— Прошу вас, леди, проходите.
Доктор был стар. Морщины избороздили лицо частой сеткой, а годы несколько согнули спину. Волосы совершенно без намёка на прежний цвет. Благородный лунный оттенок. Сухие, чуть скрюченные пальцы, на одном — крупный перстень с мутноватым голубым камнем. Черные сюртук, брюки и галстук. Белоснежная рубашка. Он встал, когда я вошла.
— Присаживайтесь, леди Лернер.
— Благодарю.
Я села в кресло для посетителей и украдкой огляделась. Шкаф с небольшими книжечками. Может — аналог амбулаторных карт? Низкая широкая стойка, на которой разложены камни.
Очень разных цветов и разных огранок. Есть и совсем не гранёные, есть такие, что похожи на простой булыжник. Высокое кожаное кресло, в которое сел сам доктор и пустой письменный стол. На нем только прибор для письма и что то вроде большого блокнота. Два окна закрыты тяжелыми плотными шторами цвета ели. Не молодой ёлки, а старой, чуть сумрачный, но очень спокойный цвет. Несколько светлее стены. До половины они обшиты красивым полированным или вощеным деревом.
А доктор — молодец. Если его и шокировала леди в рубище, то он никак не дал это понять.
— Слушаю вас, леди Лернер.
— Доктор, я хотела бы, что бы вы осмотрели меня и дали заключение о состоянии моего здоровья. Письменное заключение. В двух экземплярах. Один из них я хотела бы оставить на хранение у вас.
То ли доктор был давно ко всему равнодушен, то ли так умел держать лицо, но он не проявил совершенно никакого любопытства.
— Прошу вас встать, леди Лернер. Подойдите сюда.
Сам он направился к стойке с камнями. Поводил рукой и выбрал какой то невзрачный камушек.
Я встала перед доктором, он закрыл глаза и начал равномерно ""оглаживать"" воздух сантиметрах в десяти от моего тела. Раскрытой ладонью и кулаком, где был зажат камень. И опять я увидела переливы и сплетения потоков силы. Минут через десять он открыл глаза и предложил мне вернуться в кресло. Щелкнул пальцами — за дверью звякнул колокольчик — зашла девушка с ресепшена.
— Милли, будь добра, подай леди чашку чая.
Седьмой номер, Милли. И, пожалуй, лакомство. Девятый номер будет хорошо.
Девушка вернулась буквально через минуту и поставила передо мной очаровательный фарфоровый подносик с дымящей паром чашкой и маленькой фитюлькой. То ли крошечное пирожное, то ли большая конфета.
— Прошу, леди.
Милли вышла.
Над чашечкой сплетались и клубились потоки силы.
— Что это, доктор Рамбо?
— Обычный успокоительный чай, леди Лернер. Вы несколько взволнованы.
