Неужели и правда мой жених? Но голос совсем не старческий! Стерва, пробормотав что-то вроде того, как ей приятно познакомиться, выбежала из аудитории, а я медленно развернулась к «старику», бросив быстрый взгляд на застывшую удивленную Диареллу. Жених стоял на ступень выше и с моего ракурса казался огромным, даже медведеподобным. Волевой массивный подбородок, полные губы, черные вьющиеся волосы и взгляд… пугающий. Вылитый Гастон из «Красавицы и Чудовища».
И совершенно не мой типаж. Однако на вид ему было чуть за сорок, вполне себе молодой, даже седина еще не украсила виски.
– Здравствуй, Диарелла, – улыбнулся ей Невилл, бросив взгляд голубых глаз на Ди.
И это его Иветта называет «стариком»? Интересно, кто распустил слух о его возрасте по академии? Сама Ив? Судя по удивленной физиономии Диареллы, она оказалась жестоко обманута своей же лучшей подругой. Значит, Ив пыталась вызвать жалость.
Или же сама Иветта не знала об истинной внешности графа?
– Ваше сиятельство? – изумленно спросила девушка. – Вы выглядите…
– Магия, – кивнул мужчина. – Во мне неожиданно открылся магический источник, поэтому в свои восемьдесят два я стал выглядеть так.
– Разве такое бывает? – изумилась Ди. – Не знала, что магия может просыпаться так поздно…
– Бывает, дитя мое, – кивнул граф и перевел взгляд на меня. – Как тебе мой новый облик, дорогая?
«А как вам мой?» – хотелось спросить мне, но, разумеется, из-за ритуала я не могла даже намекнуть.
Интересно, а родители Иветты в курсе его преображения? И может, увидев его нынешнего, Ив вернется?
Подумав о родителях Иветты, я почувствовала укол в сердце: я скучала по своим родителям. Интересно, как там они? Места, наверное, себе не находят. А всё из-за этих двух затейниц! Хотя я бы на месте Иветты не призывала «жертвенного агнца», то есть меня, Агнию, в этот мир, а отказывалась бы от наследства и приданого, сколь бы большим оно ни было.
Свобода – важнее денег.
– Вы обворожительны, ваше сиятельство, – улыбнулась Ди, потому что я просто растерянно молчала. – Вы прибыли в академию, чтобы… м-м… явить себя невесте?
– Не совсем. Я принес родовое кольцо, чтобы к Серебрянной ночи оно привыкло к Иветте и смогло её оберегать.
