Изначально хотел, как обычно, из дробовика начать шмалять, но затем сообразил, что в магазине встретить врага – не проблема с чем угодно, однако дальше мне предстоит стрелять по оставшимся противникам, а они будут на улице, довольно-таки далеко от витрины. Во всяком случае, из дробовика нечего и пытаться их достать, так что…
Я ощущал на себе взгляды троих бойцов, ожидающих моей команды или отслеживающих малейшее мое движение. Стоит мне сейчас подняться над укрытием, открыть огонь, как мои подчиненные тут же проделают тоже самое, уверен, причем никакой команды подавать не надо.
Разве что Паше – он услышит, даже если скажу шепотом.
Ну а орать: «Огонь», тем самым выдавая себя, я не собирался, да и рации были далеко не у всех…
Я повернул голову к Паше, коротко кивнул головой, и мы практически синхронно поднялись из своих укрытий.
Автомат я заранее упер в плечо, и сейчас мне оставалось лишь навести его на врага.
В качестве цели я выбрал косматого чудака, только-только перебиравшегося через разбитую витрину.
Косматого прямо-таки вытолкнуло назад, он рухнул на землю, нелепо махнув руками, а его левая нога осталась на осколке витрины, торчащем из раны, из ноги по стеклу тут же медленно потекла кровь.
Второй «разведчик» получил свою дозу свинца, и аккуратно скрутившись, улегся рядом с витриной.
Я же перевел прицел на «часового», оставшегося на улице, чтобы прикрыть разведчиков.
Он только повернул голову на звук выстрелов. Наверняка даже не понял, что стреляют не его дружки, а как раз таки наоборот – в них.
Было такое впечатление, что часовой получил солидную такую затрещину. Он стоял к нам спиной, поэтому все пули, выпущенные из моего автомата угодили ему как раз туда, а последняя в голову. Часовой дернулся вперед, сделал пару шагов и кубарем скатился с крыльца по лестнице вниз, на улицу.
Тут же двое моих бойцов высунулись из-за своих укрытий, открыли огонь по врагам, которые были на улице.
Несколько секунд, и все было закончено – теперь из окна была видна часть дороги и тротуара, всюду лежали трупы – зомбаков и только что так лихо укладывающих их мародеров.
– Прикрывайте! – приказал я двоим своим бойцам, сам же двинулся к витрине. Позади меня, отставая на пару шагов, двигался Паша.
Я осторожно приблизился к витрине, перешагнул через все еще торчащие из рамы острые обломки стекла.
Ничего и никого, разве что метрах в пятидесяти в нашу сторону брело несколько мертвяков.
