ЗОНА НЕДОСТУПНОСТИ

Вот кто его тайный недоброжелатель и враг! Будучи человеком мелочным и злобным, Скелтон мстил Джениксу за прошлое, за все свои прежние неудачи. Понижение в должности, пере­вод на Север, история с Эдом — все это дело рук Скелтона.

Предположение переросло в уверенность, когда Дженикс и Скелтон встретились. Инспек­тор вызвал начальника разведки в свою резиден­цию. Разговор сразу приобрел острый характер.

—   Потрудитесь доложить, какие у вас имеют­ся сведения о зоне «А» русских! — начал генерал резко.

Вопрос не явился неожиданностью для началь­ника разведки. Все последнее время внимание разведки было сосредоточено на зоне «А». На территорию Советского Союза засылались марш­рутные разведгруппы, пускали воздушные шары, американские самолеты то и дело нарушали воз­душные границы сопредельной страны. Но ре­зультаты были пока что неутешительные: шары безвозвратно исчезали, от агентов никаких изве­стий не поступало. Зона «А» по-прежнему оста­валась все той же загадочной, недоступной зоной.

Инспектор стряхнул пепел сигары на ковер и холодно сказал:

—   Вашей работой недовольны, Дженикс. Вы занимаетесь пустяками. Ваша агентура — самый низкопробный сброд. Результаты ее деятельно­сти мизерны, а средства вы расходуете огром­ные. Если положение резко не улучшится, мы бу­дем судить вас, Дженикс!

Излив всю желчь, генерал заговорил спокой­нее. По его мнению, вся работа разведыватель­ных органов не имела четко выраженного на­правления.

—   Нужно бить в одну точку,— говорил он.— Бить методично, настойчиво, изо дня вдень. Если интересы дела того требуют, прибегать к край­ним мерам. Что там за грядой гор, в глубине территории русских? У нас есть кое-какие сооб­ражения на этот счет, и вы обязаны подтвердить их или опровергнуть.

—   Я послал шхуну к советским берегам с кон­кретным заданием,— сказал Дженикс.

—   И каковы результаты?

—   Пока никаких результатов нет.

Подобие улыбки скользнуло по губам Скелтона.

—   Я считал вас умнее, Джордж,— произнес он почти дружески.— Я всегда считал вас умнее себя и, признаться, подчас завидовал вашей лов­кости и изворотливости. А теперь начинаю пони­мать, что вы устарели, отстали от века. Крайние меры, только- крайние меры могут спасти вас? Ваши самолеты вертятся у побережья.