Зов бедствия

Две самые стойкие зверушки из числа рогатых слонов попытались сопротивляться, но сперва поднялось и засияло крыло Тии, заставив одного из них повалиться на землю под гнётом проклятия, а затем второго за хобот ухватила когтистая лапа.

Мимо мелькнула юркая тень небольшого хищного духа, напоминавшего саблезубого зайца. Тварь надеялась, что девушка занята другими врагами, и атаковал девушке в спину. И ошибся — существо ухватила за шкирку призрачная рука шаманки, а затем сквозь несколько светлячков, вырвавшихся их глаз Тии, превратились в астральные стрелы куара и буквально расстреляли пойманное чудовище.

Шаманка даже не обернулась на свою последнюю жертву, пронзая клинком уменьшенную копию чёрта.

— Всё? — облегчённо выдохнул потрёпанный Мерлин.

— Пока, видимо, да, — ответил я, глядя как медленно полупрозрачные тела духов превращаются во фрагменты.

Тела духов вовсе не исчезали, а принялись сливаться во что-то невообразимое. Словно муталиски, собиравшие свои части из чужих тел, из множества духов начинала собираться какая-то новая, химерная форма.

— Все бейте всем чем есть! — первым отреагировал Кот. — Это амальгамма!

Синица сходу вогнала копье в многолапое и многоликое тело сливающегося призрака.

Я с разворота несколько раз полоснул майром, но призрачная субстанция очень быстро возвращалась вновь.

Артефактное копьё налилось незнакомой белоснежной силой и второй удар Синицы был уже куда ощутимее. Амальгама вздрогнула и двинулась назад.

Рейн изо всех сил пытался повторить успех, но не выходило — его удары окровавленным костяным мечом оказались так же бесполезны, как и мой майр.

Кот бросил в одну слившихся голов призраков свой кристалл, и тот на миг растворился в общей массе, но затем призрачное слияние начало прорастать вновь.

Крыло Тии затрепетало, придавливая врага проклятием, но даже оно не сильно испугало амальгамму. Только девушку это не остановило. Подойдя вплотную к твари, она схватила призрачную субстанцию всеми тремя руками — родной, птичьей и призрачной, и растянула её по форме треугольника, а затем выдохнула в чудовище поток белых мотыльков.

Я увидел, как округлились глаза Кота. Он явно узнал природу способности и понял, у кого она могла её получить. Затем он шагнул назад, отворачиваясь. Будто не хотел, чтобы что-то выдало его чувства.

Амальгама застыла, а спустя миг послышался треск разбитого стекла, и тварь замерла.