Зов бедствия

Я махнул майром, нанося чудовищу рану и закидывая внутрь семя кусачника. А затем активировал направленное обновление, и тварь разорвало пополам изнутри быстро растущее дерево.

— Ого… — послышался голос Альренца.

В этот момент произошло сразу две вещи.

Копьё в третий раз пронзило первого кадавра и тварь свалилась окончательно.

И стальная дверь в треть метра с шумом выломилась и в грохоте покатилась по каменному полу.

А вот и ответ на мой вопрос.

Из носа снова хлынула кровь, а в ушах зазвенело.

Не-не, ребята, только не говорите, что это та ситуация, когда мы сражаемся из последних сил, на последнем издыхании побеждаем и дружно идём в терминал, а затем выходим новыми кадаврами.

Нужен другой план. Лучше просто не вступать в заведомо проигрышный бой, а не идти потом на вынужденную модификацию. Спасибо, знаем, пробовали.

Сражение должно проходить на наших правилах. Сейчас у нас нет шансов.

Но как выскочить отсюда, если единственный путь сейчас занят боссом?

Времени составить план или придумать нормальный выход не оставалось.

Единственное решение, что я видел — тупо прорубить путь через сросшихся некроморфов каким-нибудь растением. Но даже так — монстры хорошо постарались, закрыв этот путь. Здесь нужно что-то серьёзное, типа взрывчатки.

И выход тоже я видел только один.

Троица древней появилась передо мной в виде семян. Я сунул их поглубже и снова послал луч обновления.

Я повалился на пол, укатываясь сознанием куда-то во мрак, но рядом тут же появились оба целителя, и принялись поддерживать изо всех сил.

. Альма принялась вливать в меня целительные чары, а брат Вайс нашёптывать что-то. Стало заметно легче, двоиться перед глазами перестало, но усталость и слабость никуда не уходили.

— Арк! — донеслось сквозь звон в ушах.

Я поднялся и увидел вдалеке трёх древней. Нет, как с тем кадавром не получится. Я просто зря потратил впустую убивающий меня навык. Хотя…

Копайте! — мысленно приказал я древням, и существа принялись лениво вытаскивать кореньями и стеблями участок затора.

— А-рк, — послышался искажённый голос рогатой химеры. Он будто троился и в то же время был приглушён, словно он говорил из-за маски. И в нём появилось так много козлиных интонаций, что узнать изначальный было почти невозможно.

Но я всё равно его узнал.

Я обернулся и встретился лицом с главой кадавров.

— А-рк, — повторило существо.

— Привет, — ответил я с натянутой улыбкой.

— Я.. спас-ти. Все-ех, — с трудом выговорил он.