Леон распрямился и схватил фонарь. На долю секунды луч света выхватил из темноты выпученные глаза, пару плавников и когтистое щупальце. Хищный кальмар вида Taningia danae, причём явно знакомый.
– Чёрт, это же Маргарет – эта тупица на меня напала! Она что, слишком поздно меня узнала, или у неё тоже шарики за ролики зашли, как в последнее время у всех морских обитателей?!
– Тебе больно? – Люси выглянула из своего укрытия под станцией.
– Нет, я не ранен. – Леон в ярости нажал сигнальную кнопку наручного прибора, раздался акустический сигнал, и тёмное море озарила вспышка.
Всего несколько секунд спустя Маргарет вернулась, прикинувшись ручной, как котёнок. Леон начал распекать её жестами. Проблема в том, что Маргарет владела всего десятком команд, тогда как Шола освоила уже около сорока. Поэтому выволочка получилась короткой: «Нет. Нет. Нет. Человек. Стоп!» Кальмар без выражения за ним наблюдал.
Леона отвлекло мигающее оповещение окси-скина: «Низкое давление ПФУ». Там, где Маргарет зацепила его когтистым щупальцем, из костюма вытекал жизненно необходимый перфторуглерод.
Выругавшись и наспех попрощавшись с Люси, Леон заторопился обратно на станцию.
Как выяснилось, там его уже поджидали трое членов экипажа – Коваляйнен, Джеймс Эллард и Луи Клемент. Их лица не предвещали ничего хорошего.
Когда Леон снял костюм, который возмущённый Луи тут же подхватил и понёс в ремонт, заговорил Эллард:
– Боюсь, на этот раз выговором ты не отделаешься, Леон. Нарушить прямой приказ – не мелкий проступок.
Мы оба знаем, что это не первый раз. Поэтому ты теперь под арестом.
Арест?! Что это значит? Леон застыл, пытаясь выдержать взгляд Элларда и нормально дышать. Этот проклятый разреженный воздух!
– Начальница хочет сама с тобой поговорить – на борту «Фетиды», – вмешался Коваляйнен. – Собирай вещи. В пять часов по бортовому времени, то есть через час, ты отправишься на «Марлине».
– Наверх?! – потрясённо спросил Леон.
– Вот именно, – строго ответил Эллард, – наверх!
Наверху
Во время экскурсии на плантацию, где выращивались орехи макадамия, Карима то и дело отвлекалась, и мать это заметила.
На обратном пути она с напускной весёлостью предложила:
– Может, поныряем завтра?
Карима хотела покачать головой. Нет. Слишком много всего странного, печального и пугающего произошло в море у Гавайских островов. Но потом неожиданно для самой себя ответила:
– Да, хорошая идея!
Карима удивлённо прислушалась к себе, пытаясь понять, откуда взялось это «да».
