Зов Лавкрафта (сборник) (СИ)

Да, это определенно было чистое звездное небо — именно такое, каким оно выглядит с земли в северном полушарии. Капитан лежал на спине, вытянувшись по струнке. Кажется, под ним мягкая трава. Или это был мох?..

Руис с трудом повернул голову сначала в одну сторону, потом в другую. Лес? Точно. Высокие, но растущие довольно редко деревья тянулись к звездам.

А еще здесь оказалось неожиданно холодно. Не мороз, конечно, но и речи о приятной прохладе не шло. Как будто ранняя весна в проклятой Фландрии… так не окоченеешь, но легко заработать воспаление легких.

Нужно скорее подниматься.

— Алава! АЛАВА!!! Ты здесь?

— Сеньор Иньиго?! Хосе!..

Без толку. Руис был здесь один. Что же — по навязчивой болтовне Дженкина капитан точно не скучал. Пусть бы проклятый ирландец и сгинул где-то, а вот остальных необходимо разыскать.

Оружие осталось при нем, как и кираса, а на голове до сих пор находился шлем. Это уже неплохо — без железа жизнь часто оказывается слишком непродолжительной.

Возможно, и не стоило так орать в незнакомом лесу: услышать могут не только друзья.

Вскоре он окончательно убедился — звать Алаву и прочих бесполезно. К счастью, была отлично видна Полярная звезда: можно уверенно идти на север, не рискуя начать описывать круги по лесу. Астролябии у Руиса при себе, конечно, не имелось — однако на глаз высота звезды осталась прежней. Значит, и географическая широта примерно та же… по меньшей мере, Пабло не перенесло куда-нибудь в Англию.

К сожалению, долготу так просто не определишь.

Идти пришлось недолго. Пабло Руис был слишком рассеян после странного пробуждения — или просто слишком часто сверялся со звездами. Он не заметил человека, который наверняка долго крался поблизости, ожидая удобного момента. Острие длинного клинка оказалось прямо перед носом — а собственная рука была слишком далеко от оружия.

— Не двигайся, если желаешь сохранить свою жизнь хотя бы на некоторое ближайшее время.

По-испански. И голос… черт возьми!

Узнать капитана Алонсо де Алаву, человека прекрасного рода, сейчас было чрезвычайно трудно: разве только по голосу. Руис читал о том, в каком жалком виде возвращались из своих походов конкистадоры, даже если начинали путь при самом лучшем снаряжении. Пожалуй, вид Алавы оказался нынче еще печальнее тех описаний.