Зов Лавкрафта (сборник) (СИ)

Это точно лучше, чем гоняться за старым иудеем!

В небольшом помещении, куда Кеция привела испанцев, мебель уже стояла на полу — все как положено. Однако Руис удивился еще сильнее, чем при виде комнаты-перевертыша.

Стены второго этажа также были размалеваны геометрическим чертежами, и свечи по-прежнему не требовались — видеть позволяло уже знакомое Пабло фиолетовое свечение. Обстановка снова оказалась в целом скромной, но центральным ее элементом была огромная кровать. Похоже, из дуба, и очень искусной работы.

Конечно, Матери Божьей на кровати не было — было еще три ведьмы, тоже голых и ничуть не менее обольстительных, чем Кеция. Помимо абсолютно идеальных тел (не каждая античная статуя таким сложением похвастается), они еще и составляли прекрасную цветовую гамму: пшеничного оттенка волосы у одной, угольно-черные у другой и буквально огненного рыжего цвета у третьей.

Однако столь эмоциональную реакцию Руиса вызвали, конечно, не эти три красавицы.

— Капитан Руис? Капитан Алава?..

Из-под прекрасных женских тел на вошедших смотрел никто иной, как Хосе. Айюданте Алавы, разумеется, нежился с ведьмами в постели без одежды — так что при виде командиров торопливо прикрыл срам.

— Алонсо, а твой парень устроился на новом месте получше нашего! Да нет, Хосе, не волнуйся: сам же говорил, чтобы я в тебе не сомневался. Орел, ничего не скажешь!

Молодой мориск, конечно, пребывал в сильном смущении — а Руис так развеселился от нервов.

Ведьмам все было нипочем, конечно: блондинка даже попыталась продолжить ублажать Хосе ртом, что он пресек не без труда. Наверняка Алаве сделалось обидно: он несколько месяцев спал на сырой земле в лесу, питался невесть чем, прятался от людей Дженкина — а его помощник тем временем предавался удовольствиям в полной безопасности и сравнительном уюте ведьминого дома.

Руис даже не знал, какое чувство могло бы оказаться сильнее: нежелание перенести выпавшие на долю Алавы опасности и лишения — или желание оказаться на месте Хосе.

— Присоединяйся, Иаго, — Кеция указала взглядом на кровать.

— О, теперь мне здесь рады! — проворчал он в ответ. — Спасибо, но я воздержусь. Мы пришли поговорить. По делу.