— А ты, как я поняла, себя относишь именно к таким злопыхателям или «друзьям»?
— Ну что ты! Я благородно хочу тебе помочь!
— Что же ты хочешь от меня? — еще раз, с нажимом, повторила я.
— Я хочу, чтобы ты помогла мне взять у него кое-какие бумаги, которые он держит в третьем шкафчике рабочего стола, в кабинете. Отсчет снизу. Зеленая папка.
— Ого! Какие познания! Знаешь, я откажусь от твоего предложения, — решительно, даже не думая, ответила я.
— Хорошо, я предвидел такой ответ, хаза йу, поэтому позволю себе немного объяснить тебе ситуацию.
Если ты решила, что что-то значишь для него, то ты — полная дура. Такие как он, жестокие, циничные люди не умеют любить. Хотя, о какой любви, в твоем случае, здесь вообще может идти речь?! Поверь на слово, Александра я знаю уже очень давно, таких как ты, баб, у него было тьма-тьмущая. Утром — одна, вечером — другая… Бездушные куклы для траха. Через любую из вас он без сожаления переступит, если на то будет необходимость. Не просто переступит, а жестоко, больно сломает.
Вот, что ждет тебя с ним! Резать тебя будет на ленты, пока не очнется и не увидит перед собой груду мяса. А потом, без сожаления, просто прикажет кому-нибудь почистить за собой. И уж, поверь, никогда больше о тебе не вспомнит, потому, что появиться точно такая же, другая, совершенно новая… Молчишь… Потому, что знаешь — я прав. А я предлагаю тебе вырваться из лап этого бездушного монстра. Я предлагаю тебе помощь! Дура!
Я больше не слушала…
Отключила вызов, а затем и весь телефон.
Как сомнамбула прошла к кабинету, открыв дверь.
Ноги сами вели меня к его столу. Села на стул, и потянулась рукой к указанному шкафчику. Открыт. Под пачкой документов заметила зеленый пластиковый уголок злосчастной папки… Вытащила и положила перед собой на стол. Стеклянными глазами уставилась на ненавистный зеленый предмет. Проводя по ее гладкой поверхности рукой задумалась…
Гази прав, чертовски прав…
Все это я понимала и без его жестоких слов. Но только когда совершенно не знакомый, чужой человек вслух озвучил мои страхи — все встало на свои места.
Я абсолютно ясно, без призмы страсти, увидела всю картину своей жизни с ним. Да, конечно, он хочет меня, но за его яростным возбуждением больше совершенно ничего нет. Вся наша история могла бы уместиться в недельный отрезок времени, если бы мы с ним сразу переспали. Максимум, его страсти хватило бы на неделю. Я этот знала. Чтобы заинтересовать человека должна быть еще и другая, а может быть даже третья составляющая.
