Зверь

В его карих, почти медовых глазах, горел скрытый огонь, брови густо темнели, а когда по губам расползлась доброжелательная усмешка, то на левой щеке появилась глубокая, сексуальная ямочка.

В клубе было просто не развернуться, но он, явно, выделялся из толпы клиентов, переминающихся у стойки, своим большим ростом и разворотом плеч. Незнакомец сделал знак рукой и кивнул бармену, подзывая его.

— Никогда не заказывай коктейли в час-пик в ночном клубе, хаза йу*. Ты просто отпугнешь его таким заказом!

Я не хотела продолжать знакомство и, почти развернулась, чтобы уйти, но была остановлена им за руку и с легкостью притянута чуть ближе.

— Не убегай. Я не сделаю тебе ничего плохого. Неужели нельзя даже попытаться познакомиться?!

— Откуда ты знаешь, что я хотела заказать? — я решила попытаться сменить тему.

Действительно, что мешало мне попробовать… Я — свободная одинокая девушка, а он — очень симпатичный. Это то, что нужно, чтобы вытравить Сашу из моей головы!

Моя улыбка стала шире, как я надеялась, под стать его — но, скорей всего, я просто выпила куда больше, чем могла себе сегодня позволить, учитывая, что я, обычно, вообще не пью.

Принятый алкоголь развязал мне язык потому, что «трезвая Лиза» пробормотала бы что-нибудь односложное, неловко кивнула и поспешно сбежала от него. Я же сейчас — осталась на месте, включив «раскованную Лизу» и повернулась к нему, решив продолжить диалог:

— Может, я собиралась взять пару бутылок пива! — улыбнулась ему я.

— Не думаю, что это так. Ты пару раз заказывала что-то розовое в высоких бокальчиках и классический «Мохито».

Он следил за мной весь вечер? Встряхнув головой, пытаясь привести себя в чувство, я не могла решить, нравиться ли мне это или вызывает лишь беспокойство и раздражение.

Я сделала шаг в сторону, но он сразу же повторил мое движение. Его глаза загорелись огнем азарта, брови чуть нахмурились, но потом, почти мгновенно, он улыбнулся, опять демонстрируя, понравившуюся мне, ямочку на щеке.

— ГазИ, — представился он.

— Елизавета, — ответила я.

Бармен подошел к нам и, в ожидании заказа, уставился на моего собеседника. Тот заговорил, почти не повышая голос, но тембр голоса был таким низким и звучным, что легко перекрывал шум в баре:

— «Redbreast»** на два пальца и того, чего пожелает эта симпатичная девушка, — кивком головы он указал в мою сторону.

Затем, обернулся ко мне с улыбкой, от которой, почему-то, у меня по всему телу забегали мурашки, которые, определенно, вызывали во мне только беспокойство.