Зверь. Контракт на послушание

Подставной.

Так что… Наверное, можно расслабиться и выдохнуть. Но сделать этого не получалось. Внутри словно появился холодный металлический шарик. Было тяжело и тошно, и…

- Прекрати, - в пол голоса бросил Урсулов. – Эта сумасшедшая выдумывает.

Я бы и сама хотела, но как? Память снова и снова воскрешала простое, но такое болезненное слово. И ведь альфа не заступился за меня! Не назвал парой или девушкой… Нет. Просто увел прочь.

Наверное, потому что никакая я для него не девушка. И никогда не смогла бы ею стать.

А все, что вчера случилось – это просто очередная блажь. Я надумала лишнего, выдавая желаемое за действительное.

- …Есения, - уже злее прорычал альфа, и я прикусила губу.

Так, нужно успокоиться. Просто заставить себя... ну… смотреть по сторонам. Вон на ту красивую статую. Или картину. Или вазу… Мутные они какие-то. Странно…

Альфа дернул меня куда-то вбок, и света стало гораздо меньше. Мужчина навис надо мной и, перехватив за подбородок, поцеловал.

И я послушно открыла рот, позволяя это сделать.

В конце концов, вчера было много поцелуев. И мне все нравилось. Или не нравилось? Мое тело реагировало на прикосновения, но словно само по себе. А я наблюдала со стороны.

Вот господин Урсулов оглаживает меня по бедру, одновременно прижимаясь крепче. Его рука неторопливо скользит то вверх, то вниз. Трогает, давит, мнет… Но осторожно. Без боли.

Это Адам прокусывал мне губы до крови, а от его «ласк» синяки не сходили неделями. Господин Урсулов тоже оставлял следы… Но они были приятными и заживали очень быстро… Так почему мне не должно было это нравиться?

Пока я размышляла, юбку потянули вверх.

А мужчина вдруг отшатнулся.

Опять схватил меня за подбородок и заставил посмотреть в глаза. Золотая радужка опять светилась, а черты лица заострились.

- Какого хрена? – осведомился ледяным тоном. – Бред этой психички тебе настолько важен? Давай не стесняйся.

О, мне дали слово. Чудно.

- Неважен, - ответила совершенно честно.

Но он стал тем самым камешком, который вдребезги разбил весь хрупкий мирок, который я успела нафантазировать за вчерашний день.

Но если мне дали немножко больше внимания, это не значит, что альфа размяк. Такого не бывает. Не со мной. Ну почему он не назвал меня девушкой? Это… Этого было бы достаточно! Мне нужно было это слышать!

- Тогда в чем проблема? – слегка прищурился оборотень.

И если раньше это пугало до икоты, то сейчас я ощутила лишь слабые отголоски страха. Его перехлестывало совсем другими эмоциями.