Зверь. Контракт на послушание

Но и это не занимало столько внимания, сколько поведение Мотылька.

Маленькая помощница так мило смущалась… Ее запах и поведение успокаивали зверя, а наряд будоражил фантазию.

Даже вчерашняя встреча с экскортницами не помогла толком. Девки отработали на пять балов, но в итоге он все равно возвращается взглядом к тонкой фигурке и охрененно красивым ножкам.

Словно почувствовав к себе интерес, девушка осторожно покосилась в его сторону.

И ни капли похоти, как обычно… Неудачный первый опыт? Пусть Мотылек еще девственница, но есть другие способы воспользоваться женщиной.

Или она видела нечто травмирующее…

Разговор с Берговски окончательно перестал интересовать. Алекс отвечал уже чисто автоматически, а сам прикидывал, что можно выжать из этого вечера.

- …Полагаю, документы можно подписать завтра, - с насмешкой закончил Берговски.

Умно… Алекс отметил про себя тактичность гостя. Пожалуй, стоит рассмотреть перспективу долгосрочного сотрудничества. А пока, так и быть, можно отыграть в вежливость и проводить гостя лично.

А потом заняться Мотыльком.

Алекс встал, и Берговски последовал его примеру.

Девушка тоже неловко поднялась на ноги. Автоматически попыталась одернуть подол юбки, но добилась того, что складки на ткани слегка разошлись, демонстрируя манящие изгибы.

Мотылек тихо охнула и постаралась вернуть все, как было. Получилось не очень… А он вдруг чертовски сильно пожалел, что к этому наряду полагались крохотные, но трусики.

В следующий раз оставит девчонку без белья.

Развернувшись, Алекс пошел к выходу.

А вокруг кипело веселье. Женщины и мужчины лежали на специальных ложах, обитых бархатом винного цвета. Столы были забиты едой и напитками, а вокруг дефилировали смазливые официантки и официанты в алых чокерах.

Персонал охотно вертел задницами перед клиентами, завлекая на интим. Это оплачивалось по тройному тарифу, и некоторые особенно «трудолюбивые» работники за ночь могли пополнить свой счет охренеть как хорошо.

Но Алекса сейчас интересовали совсем другие развлечения. Он уже предвкушал, чем займет Мотылька в этот вечер, как вдруг через насадку пробился новый запах.

Алекс замер, чувствуя, как нервы скручиваются в огненный жгут, и дикое желание рвало на части тиски самоконтроля.

Фильтрующая насадка моментально была выдернута и выкинута к черту, и вместе с вонью алчности, похоти и лжи в легкие потекла живительная сладость – аромат возбуждения Мотылька.