Звезда+1

Так страстно и глубоко, что подгибаются колени, а пальцы скребут его плечи, чтобы мешком не рухнуть на пол от всплеска адреналина и головокружения. Бабочки порхают, цветы распускаются, солнце светит прямо надо мной, а моя романтичная вагина начинает декламировать стихи собственного сочинения.

Через минуту или час Хейден отстраняется и окидывает тяжело дышащую меня потемневшим взглядом:

— Сейчас гораздо лучше. Спокойной ночи, Котенок.

И прежде чем я успеваю растечься по пятизвездочному полу розовой сахарной лужицей выпускает меня из рук и выходит за дверь.

— Сегодня последний день гонки, и после идем отмечать закрытие этапа с командой в местный бар. — сообщает Хейден, поглаживая рядом стоящего Майкла по плечу. — Ты тоже приглашена.

Я тоже приглашена. Как по команде под аккомпанемент винтажной песенки от Пинк в голове начинает вращаться скудная карусель моего гардероба. Божечки, сегодня я выйду в свет. И пусть это не прогулки с мороженым по мосту Оста Броне, но все-таки приятное разнообразие от чтения о рулевом наконечнике или часового просмотра сериала о девственнице-мексиканке, которую возжелал жестокий босс-тиран.

— А Майкл… — недоуменно смотрю малыша, радостно скалящего мелкие зубки, — кто присмотрит за ним?

— Майкл пойдет с нами, — невозмутимо откликается чемпион, изучая глазами мой рот, от чего перед глазами начинают плыть грязные непристойности. Например, как он проводит по моим губам пальцем, а потом языком… Уууу, стоп, стоп, похотливая нянька Аврора.

— А разве так можно? Я имею в виду…вдруг его не пустят..

Ответом мне служит насмешливый взгляд «Не забывай, что я тут красавчик-чемпион, которому дозволено все». Надеюсь, что в баре малышу по-крайней мере не нальют пива, если он назовет свою фамилию. И еще надеюсь, что Хейден и сегодня приедет первым и нам по-прежнему будет, что отмечать.

К счастью, звездуля приезжает первым, после чего разбредаемся по номерам и договариваемся встретиться через пару часов в вестибюле. В рекордно короткие сроки я принимаю душ и навожу красоту: немного завиваю локоны и крашу ресницы, свое прекрасное тело упаковываю в короткое черное платье и единственные привезенные каблуки.

— Правда, Аврора красивая, пап? — возбужденно восклицает малыш, дергая Хейдена за руку, когда я походкой от бедра подхожу к ним.

Звезда жертвует на пристальный осмотр моего вечернего туалета долгие секунды, так что мне хочется достать из кармана веер и начать томно им обмахиваться.