Звезда Авроры

Мы медленно приближаемся к швейцарам-пришельцам, которые проверят наши приглашения.

И все мы нервничаем.

– Да все нормально будет с вами, девушки, – говорит Скарлетт, поправляя маску. – Оно так и должно сидеть. Вид у вас потрясный. Как и у меня. Ух ты, мне очень нравится это платье.

Я слышу голос Фина, кристально ясный в крохотном наушнике, но слегка неровный.

– Просто делаю все возможное для поднятия боевого духа, – мурлычет Скарлетт, как всегда, собой довольная.

– Я тебе обеспечу повод для жалоб, – говорит почти про себя Кэт.

Мы уже почти в начале очереди и теперь лучше видим эту пару пришельцев на входе. Оба совершенно идентичны. У них кожистая коричневая шкура и маленькая голова, похожая на бинокль – здоровенные глаза на все лицо. Шея несколько тонковата, руки длинные, тощие. У меня на глазах один из них склоняется над своей серебристой кафедрой и вытягивает сучкообразный палец, которым медленно водит по приглашению чрезвычайно высокой розовокожей дамы.

– Они очень внимательно изучают приглашения, – говорю я вполголоса, и Тайлер наклоняет ко мне голову, чтобы глянуть.

– Уверенней, – говорит он на выдохе. – Дыши медленно. Чувствуй себя здесь своей.

И я не знаю, что тут дальше будет.

Дариэль клялся, что приглашения не хуже настоящих – это не совсем то, что настоящие, конечно, но Фин вроде бы ему верит. Наш бетрасканец с очень кислой миной просил об услуге, и я понимаю, что где-то в сложной системе семейных обязательств он взял на себя очень серьезный долг. И с тех пор говорит несколько более многословно и дерзко.

Нервы пытается скрыть, я думаю.

Я медленно изучаю их, шестерых молодых солдат, держащих в руках мою жизнь. Но даже если бы я их увидела всего пять минут назад, все равно заметила бы тлеющую досаду Кэт. Я стою рука об руку с Таем, а она за нами, рука об руку со Скарлетт, и я чувствую, как ее глаза прожигают во мне две дыры между лопатками. Кожа у меня неприятно дергается.

Наряд, который так ее достает, – совершенно невероятно скроенный комбинезон.

Тот самый, который был на ней в моем видении, – темно-синий, без бретелек и, вопреки ее протестам, сшитый так, чтобы удержать все на своих местах. Она – точнее, Скарлетт – его дополнила серебристыми сапогами, похожими на зеркала, которые разбили на миллион осколков и склеили в мозаику. Маска у нее на лице из того же материала.

На ней толстый блестящий золотой пояс, других украшений нет – татуировки у нее прекрасные и очень хорошо смотрятся.