Звезда Авроры

– И почему я с тобой разошлась?

Должна признать, когда я подавалась в Академию Авроры, то не совсем так представляла себе развитие своей карьеры. Если честно, я не очень-то и хотела идти в Легион. Но Тай был непоколебим в намерении «внести свой вклад», а я уж никак не собиралась его отпускать одного. Мы выросли без мамы. Отца убили при Орионе, когда нам было одиннадцать. Ни за что на свете я не собиралась терять еще и брата-близнеца.

Помню, как стоим мы с Таем в очереди на станции «Новый Геттисберг». Нам по тринадцать, ждем беседы с набирающим офицером.

Помню, спросила тогда у Тая, правильно ли мы поступаем. Не выйдет ли это решение нам боком.

Я умею распихивать лучших, так что экзамены вполне выдерживала. Могла бы и сама стать лучшей, если бы старалась. Как-то наш куратор мне сказал, что фраза «если постарается» в моих характеристиках встречалась чаще, чем у любого кадета за все время существования Академии. Но я ее терпеть не могла.

Правила, распорядок. Всю станцию.

Вот мальчики, правда, были ничего так.

Я слышу тихий шелест открывающейся двери на мостик, поднимаю глаза в расчете увидеть Зилу, пришедшую меня сменить.

А вижу нашу безбилетницу, Аврору О'Мэлли. Девушку вне времени.

А вне койки она как оказалась?

– Как ты сюда попала? – спрашиваю я.

Это может показаться излишне жестоким, но Тай разумно настоял, чтобы юная мисс О'Мэлли сидела взаперти и не шлялась по кораблю. Не знаю, что он там видел на штурмовике, когда ее спасал, но моего младшего братца это потрясло как следует.

Так что когда эта девушка, Кэл и Тай умылись и переоделись, Финиан запер Аврору в трюме в компании с одеяльцем и дополнительным шифром на двери, а дверь, видимо, забыл запереть, потому что вот Аврора собственной персоной стоит передо мной на мостике, где ей никак не положено быть.

Напоминаю себе о том, чтобы Финиану потом фитиль вставить.

– Аврора? – окликаю я ее.

Девушка не отвечает. Волосы у нее растрепаны со сна, вид белой широкой полосы на челке балансирует на грани между шикарным и жутким.

Глаза почти закрыты, ресницы подрагивают. Правая радужка выцвела до белой, как и прядь волос, прискорбно выходя за грань между жутью и шиком и попадая прямиком в тихий ужас.

Аврора вертит головой, будто оглядывая помещение. Трудно представить себе, что у нее на уме. Очнулась на два столетия позже своего времени. Совсем не там, где собиралась быть, на целую галактику уехала в сторону. Но здесь ей находиться точно не следует.

– Что с тобой? – спрашиваю я.