Звезда Авроры

– Три голоса за прежний курс, и три – против. Слово за командиром экипажа. – Тайлер грустно глядит на Аврору: – Кэт, проложи курс к Академии Авроры. Летим домой.

– Есть, – улыбается Кэт.

Кэл вздыхает и качает головой, но не возражает.

Тай проводит рукой по волосам. Пальцы Кэт летают над клавиатурой.

– Окей, ложимся на курс, – говорит она. – Будем на станции через…

«Лонгбоу» вдруг сильно дергается. Я вскидываю руку схватиться за что-нибудь, корабль снова трясется, меня отбрасывает к стене. Я охаю от боли, ударившись о титан, потом об пол.

Убирая волосы с глаз, оглядываю мостик и вижу, что мой экипаж раскидан по всей палубе, стонет и охает. Только Кэл сумел устоять на ногах. Из коммуникатора трещит голос Финиана:

– Столкновение? – спрашивает Тайлер.

– На сканерах ничего, сэр, – докладывает Зила.

– Кэт, доклад! – приказывает Тайлер.

– Мы… – Кэт стучит по консоли, ища подтверждения, – … остановились, что ли?

– Двигатели отключились?

Один за другим члены экипажа поворачиваются вслед за моим взглядом, и все мы смотрим на Аврору.

Наша девушка не из своего времени закинула назад голову, правый глаз горит призрачным белым светом, все тело дрожит от усилий, выступили вены на шее, на руках. Еще одна струйка крови показывается из носа.

– Дух Творца! – шепчет Тайлер.

Кэт поднимается на колени, наводит пистолет на голову Авроры, но между нашим Асом и ее целью плавным движением вырастает Кэл.

Аврора обращает взор к Тайлеру. Все ее тело трясется.

И «Лонгбоу» трясется – бешено, страшно, будто хочет сам себя на части разорвать.

– Что? – шепотом переспрашивает Тайлер, наклоняясь к ней.

Очередной приступ дрожи, сбивающий меня снова на пол. Корпус постанывает, визжат начинающие проворачиваться заклепки.

Тайлер смотрит на меня. На свой экипаж. На окружающий нас корабль, раздираемый судорогами на части. Я вижу, как вращаются шестеренки в его голове. Взвешивая опасность, грозящую экипажу.

Предупреждение де Стой и Адамса перед нашим отлетом.

Он под рубашкой сжимает что-то – отцовское кольцо сенатора, висящее на титановой цепочке.

Тай всегда играл точно по правилам. С тех пор, как мы в тринадцать лет в Новом Геттисберге расписались на бланке.

Тайлер стискивает зубы. Рука отпускает отцовское кольцо и ложится на метку Творца на воротнике. Под скрежет и судороги «Лонгбоу» Тай ползет по встающей на дыбы палубе к своей командной консоли. Я вижу, как он входит на навком и задает новый курс.

И почти сразу тряска прекращается.