Не для пореза, просто дай. Не бойся.
Я осторожно вложила пальцы в его широкую сухую ладонь, и он крепко ее сжал. Даррел прикрыл глаза и начал что-то шептать. Красно-серебряный дым заполнил, все пространство комнатки, окружил нас, точно беря в ловушку. Начало клонить в сон. Тело стало слабым, а голова – легкой. Ресницы сомкнулись, и я стала куда-то проваливаться, теряя сознание. Однако волевым усилием пришла в себя и открыла глаза. Все вокруг расплывалось, в висках стучала кровь.
Дым исчез, а Даррел все так же держал меня за руку.
Его глаза горели аквамарином, а зрачки стали узкими и вертикальными. Он шептал древние слова, но поняв, что я все еще в сознании, поднял на меня свой страшный взгляд и кровожадно улыбнулся.
- Сейчас ты увидишься со своим драконом, Белль.
- Как? – спросила я.
- Во время полета. Полет – это свобода. Драконы любят свободу. Лети!
С этими словами Даррел вдруг отпустил мою руку и толкнул в грудь, заставляя разбить стекло и вылететь в окно.
Я падала, а он стоял у разбитого окна, смотрел на меня с улыбкой, и ветер трепал его черные волосы.
Осколки летели следом за мной, резали кожу, и зимнее солнце искрилось в них. Оно становилось все ярче и ярче, занимая собой половину неба, и я крепко зажмурилась – то ли от этого невыносимого света, то ли от страха. Но вдруг подумала, что смерть надо встречать с открытыми глазами. Лицом к лицу. Достойно.
Я распахнула ресницы и поняла – до падения оставались жалкие секунды. Еще немного, и все закончится."
"Однако почти достигнув заснеженной земли, я вдруг резко взмыла вверх.
Белль исчезла, растворилась в падении, и вместо нее к небу летел прекрасный дракон с рубиновыми крыльями. Алая чешуя на спине сверкала под солнцем, словно драгоценные камни, а чешуя на животе и лапах была черная, словно уголь. В гибком сильном теле чувствовались грация и мощь, да такая, что дух захватывало. Тьма и огонь окончательно воссоединились.
Дракон поднялся выше замка, расправил крылья, чей размах впечатлял, и полетел на запад, упиваясь свободой и скоростью.
И я упивалась с ним вместе. Восторг захлестывал так, что хотелось кричать, но стоило мне открыть рот, как вместо крика из него вырвался победный рев, а следом – огонь. И тогда я окончательно поняла, что этот дракон – это я.
Это мой огонь, мои крылья, мой полет. Моя сила. Неизведанная, таинственная, пугающая, но такая невероятная. Казалось, что все это небо – мое. И нет никого другого, кому оно могло бы принадлежать.
Я стала настоящим драконом.
