Разумеется, я в это не поверила, ведь Ева – моя хорошая подруга. – В голосе Белль проскользнула едва заметная насмешка. – И вы, разумеется, тоже не будете верить в это. Но скоро обо всем узнают остальные. Возможно, об этом даже напишут в газетах. И, наверное, заставят покинуть Клуб, оставить Учебный комитет, а старостой стихийного факультета сделают кого-то другого.
Ева глухо рассмеялась и захлопала в ладоши.
– А я недооценила тебя, Белль Бертейл. А, прости, Ардер. Просто Ардер ты стала совсем недавно, и я все время путаю.
Это был явный намек, но на лице невесты принца не дрогнул ни один мускул.
– Что ж, я действительно уйду, – кивнула Ева, гордо расправив плечи. – Я не считаю себя проигравшей. Проигравшими будут те, кто пойдут следом за той, которая всю жизнь жила, как низкородная. Но вы можете пойти за мной, – повернулась она к адептам. – Если в вас еще сохранилась гордость.
Она повернулась и направилась прочь по гравийной дорожке, однако никто из членов Клуба избранных не спешил следовать за Евой.
Все оставались на местах, мучительно раздумывая – остаться с той, которая несколько лет считалась одной из лучших адепток академии, либо же сделать выбор в пользу невесты принца. Идти против Белль, а значит, и принца, не хотелось. Однажды они станут императором и императрицей. А кто в своем уме захочет портить с ними отношения? Никто.
Ева оглянулась, поняла, что следом за ней никто не идет, криво улыбнулась и ускорила шаг. Она хотела уйти красиво, широко расправив плечи, и Белль позволила ей это.
– Что ж, – встрял Кайл. – Раз все благополучно разрешилось, и Ева Шевер больше не является членом Клуба избранных, предлагаю записаться на собеседование с ее милостью. Все через меня и Шиа.
Демонитка ухмыльнулась. Высокородные всегда ее раздражали, а еще больше ее раздражало то, что когда-то ее не приняли в Клуб избранных, мотивируя, что не могут сделать это из-за ее отца. Она и ее родословная недостаточно хороши. Дочь преступника не подходит им. Поэтому Шиа затаила обиду.
И именно поэтому предложила Белль свою помощь на Зимнем балу, почувствовав в ней опасную соперницу для Евы Шевер.
Они покинули сад спустя четверть часа и направились в покои Белль. С момента победы в соревнованиях прошло лишь пол дня, а казалось, что целый месяц.
***
Едва мы оказались в моих покоях, как я рухнула на диван. Ноги болели, руки болели, тело болело! Все болело! Я так устала от всего, что хотела уснуть на несколько дней.
