Едва я оказалась на улице, как поняла – ничего не изменилось. Та же площадь Весеннего Неба, на которой устраивались праздники, те же дома с красными крышами, те же дороги – неидеальные, с рытвинами, которые постоянно чинили, но все без толку. Даже воздух тот же – холоднее, чем в столице, более влажный из-за близости моря, но будто бы слаще, роднее. Я вдохнула его полной грудью и улыбнулась с предвкушение – не терпелось увидеть родных, которые о моем прибытии уже были предупреждены.
Мы сели в карету и поехали к моему дому, на Малиновую улицу, и я с замиранием сердца смотрела в окно – на то, как мимо проносились здания, знакомые мне с самого детства.
Библиотека, театр, школа, где я училась. Городской парк, где мы с братьями пропадали летом, лазая по деревьям и строя шалаши у ручья. Дом-где-живет-призрак – огромный заброшенный особняк с заколоченными окнами, в котором некогда жил знатный высокородный. Говорят, у него был ужасный характер, и никто не мог с ним ужиться. Тогда он выгнал всю свою родню и прислугу.
А потом умер в одиночестве, и его озлобленный дух остался в особняке.
Даррел тоже смотрел в окно, но без восторга, а изучающе. Альвиум не мог его впечатлить. В нем не было лоска центральных улиц столицы и красоты заграничных городов, в которых бывал принц. Типичный провинциальный городок огромной империи. Маленький, серый, невзрачный. Зато сколько воспоминаний хранили его мостовые! Именно поэтому он был мне дороже Тайлериса.
– Как тебе в моем родном гордое? – с любопытством спросила я Даррела.
– Хочу увидеть его днем, – ответил он. – Пока непонятно.
– Да ладно тебе, – улыбнулась я. Знаю, что Альвиум не понравится тебе. Но ты не смотри на наши дома – смотри на наших людей. В Северной провинции люди честные и сильные. Может быть, кажутся, грубоватыми и улыбаются мало, но хорошие.
Даррел кивнул мне и зачем-то поправил волосы. Я заметила, что ему нравилось касаться меня. Так же, как и мне нравилось дотрагиваться до него. Прикосновения словно бы говорили окружающим: «Он – мой».
Словно понимая это, Даррел потянулся ко мне и нежно поцеловал в губы.
– Ты очень красивая, – прошептал он. А я потерлась щекой об его плечо.
Карета остановилась – мы доехали моего дома, и я спрыгнула на землю, не дожидаясь, пока кто-то из сопровождающих нас гвардейцев не откроет дверь.
Мой родной дом стоял передо мной. Светлые стены, темно-коричневая черепица, невысокий забор. Первый этаж – лавка магических бытовых предметов. Второй – жилые комнаты.
