Будучи наследным принцем, Даррел много, где побывал. Я же не бывала нигде, поэтому слушала его с интересом. Мы перестали находиться порознь – если находились рядом, то непременно касались друг друга, будто боясь, что один из нас может сейчас исчезнуть. Дотрагивались до лица, гладили по волосам, вырисовывали узоры на предплечьях или просто держались за руки. Когда Даррел был рядом, я вновь и вновь забывала о своей участи, но стоило ему покинуть меня, как грустные мысли вновь возвращались.
И я все время думала – а сколько еще? Сколько еще у меня есть времени?
– Я не понимаю, – вдруг сказал Даррел.
– Чего? – подняла я бровь.
– Что с тобой не так, Белль?
– С чего ты взял? – улыбнулась я. Искренне улыбнулась – научилась так делать в последнее время, ну или мне казалось, что научилась.
– С тобой что-то происходит. Я чувствую. Ты как будто сама не своя. – Его настороженные глаза остановились на моем лице.
– Прости, – вздохнула я. – Это из-за Элли.
– Нет, – покачал он головой. – Это началось раньше. Тебя будто подменили. Иногда ты становишься будто чужой. И я не знаю, о чем ты думаешь. Порой я зову тебя по имени, а ты не слышишь. Твой взгляд застывает, словно ты видишь что-то плохое.
– Прости, Дар. Я сама не понимаю, как так выходит.
Мне не хотелось говорить об этом. Он ведь не должен знать правду.
– Это из-за свадьбы, – неправильно решил Даррел. – Ты не хотела эту свадьбу, но другого выхода у тебя не было.
Теперь ты мучаешься.
Он взял меня за руку.
– Прости, что тебе пришлось пойти на это.
Я грустно улыбнулась.
– Не придумывай, Дар. Дело не в свадьбе и не в тебе. Тебя я люблю, и ты знаешь это. А свадьба – однажды она должна была случиться. Дело не в тебе. А во мне. Я боюсь, – призналась я. – Очень боюсь.
Мой голос дрогнул, и принц сильнее сжал мою руку.
– Чего ты боишься?
– Того, что не справлюсь. – Я снова не лгала. Но говорила о своем, а он понимал свое.
– С чем? – нахмурился Даррел.
– С тем, что на меня взвалили. Боюсь оступиться, совершить ошибку, подвести всех.
Я подняла на него глаза, изо всех сил борясь со слезами. Он не должен их видеть, и так уже насмотрелся, хватит. Он должен видеть мою улыбку, чтобы запомнить меня счастливой.
– Я боюсь быть слабой. И боюсь, что ты разочаруешься во мне, – шепотом призналась я. – Мне так страшно, Дар. До безумия.
