Во-первых, герцогиню, как хозяйку дома, во-вторых, нескольких влиятельных гостей. Дело серьезное.
— Слушаюсь! — отчеканил гвардеец и выскочил из кабинета. Реджина же, услышав свое имя, со всех ног помчалась наверх, в спальню. И когда в ее двери постучались, она чинно сидела за столом, делая вид, что разбирает корреспонденцию.
Спустя десять минут она и несколько высокородных уже находились в кабинете. Они сидели на мягких диванчиках, а побледневшая Фэйра, сжав губы, стояла у окна с гвардейцами по обе стороны от себя.
Она пыталась держаться, выглядеть смелой, но Реджина видела, как нелегко это ей дается.
Маг начал эксперимент — взмахнул рукой, шепча слова заклинания, и старшую придворную даму окутало сиреневое облачко, которое, впрочем, стало быстро таять в воздухе. Присутствующие дружно ахнули — на ее светлом строгом платье появились алые следы. Сначала они были почти незаметными, однако с каждой секундой разрастались все больше и больше, и вскоре стало казаться, что ее платье заляпано кровью.
— Что и требовалось доказать, господа, — провозгласил капитан. — Уважаемые понятые, вы можете наблюдать на ткани следы от яда «Дыхание бабочки». Госпожа Фйэра Эйтил, вы официально обвиняетесь в покушении на убийство Изабелль Ардер.
Старшая придворная дама стиснула кулаки и яростно что-то зашипела, но что именно, Реджина не поняла — ее силой увели прочь. Герцогиня улыбнулась. Обвиняемый был найден. Это все значительно упрощало. Главное, чтобы девчонка осталась жива.
Глава 8
Тонкие пальцы Эштана коснулись золотисто-пшеничных волосы Белль, что разметались по подушке.
Глаза ее были закрыты, под ними залегли глубокие тени. Длинные изогнутые ресницы дрожали.
— Противоядие подействовало? — тревожно спросил маг, и Эштан одернул руку. Не хотел касаться девушки при посторонних, о которых уже совершенно забыл.
— Должно было, — отрывисто ответил Эштан. — Нам остается лишь ждать.
— Что будет, если ее невеста принца не придет в себя? — вздохнул маг. — Должно быть, нас всех ждет наказание.
Как же гвардейцы ничего не заметили? И замковая охрана… Да и я… Но магического вмешательства не заметил, смею сказать. Что же делать? Император, должно быть, всех нас на рудники отправит…
— Время ли думать о себе? — резко повернулся к нему Эштан. Его опалило яростью, и она вспыхнула в его глазах так ярко, что маг опешил.
— Простите, ваше высочество, — поклонился он тотчас, понимая, что сболтнул лишнего. — Я взволнован, а потому говорю чушь.
