Звезда Чёрного Дракона

Две противоположности. Два дракона.

– Насколько сильно, Белль? – мягко спросил Даррел.

– Третья форма дается не всем драконам. Знаешь, почему?

– Не у всех есть желание познать свою истинную сущность. Слияние человеческого разума и драконьей сущности страшит. Поэтому многие не делают самый важный шаг, – сказал Даррел.

– Какой же? – все тем же шепотом спросила я.

– Не отрекаются от своей человеческой составляющей. – Его рука мягко коснулась моего лица. – Сможешь ли ты сделать это, Белль?

Звезды зазвенели громче.

И среди их хрустальных переливов я услышала тонкие женские голоса, красивые до невозможности. Они звали дракона. Манили своей вечностью. И я чувствовала, как он рвется к ним, в бесконечность.

– Как, Даррел? – спросила я с нетерпением. – Как мне сделать это?

– Откажись от себя, как от человека. И прими себя, как дракона.

Даррел распростер руку к озеру, и в вдруг увидела, что в его темной зеркальной глади горит огненный цветок. Он сиял далеко от берега, но был таким прекрасным, что дыхание перехватывало.

И я вдруг поняла, что должна сорвать этот цветок, сотворенный из огня.

Больше не слушая Даррела, я вступила в воду – обжигающе-холодную и темную. И пошла вперед.

Сначала воды было по щиколотку, потом по колено, затем по бедра. Она была ледяной, намочила юбки, сделав их тяжелыми, и идти с каждой секундой было все сложнее. Но огненный цветок манил меня свой красотой, и я решила, что обязательно сорву его. Кто, если не я?

Вода теперь была по бедра, по пояс, по грудь.

Когда она достала плечи, я оттолкнулась от каменистого дна и поплыла вперед. Темная вода страшила, но желание сорвать цветок было сильнее страха. Я плыла, превозмогая холод и твердя себе, что он мне не страшен – я же стихийница. Мы можем пережить любой мороз и жару.

Цветок был все ближе, озаряя своим жаром темную воду вокруг. Я почти доплыла до него, когда меня вдруг схватили за ногу и потянули вниз. В темную бездну Неспящего озера. Вода сомкнулась над моей головой.

Я начала бороться, барахтаться в воде. Пытаться освободиться от черных скользких рук. Пыталась выплыть на поверхность и глотнуть воздуха. Пыталась применить магию, но магические потоки – и светлые, и темные – исчезли, и сила покинула меня. Остался лишь страх. Гнетущий, жуткий, древний страх.

Десятки рук тянули меня ко дну, дыхания не хватало, и я задыхалась, беззвучно распахивая рот. В ушах шумело, грудь сдавило тугим обручем, сознание постепенно угасало.