Звезда Чёрного Дракона

Никакая мать в мире не заслуживает того, чтобы прожить дольше, чем ее дети.

– Мама, – прошептал Даррел, все так же не понимая, что происходит.

– Узнав об этом, я решила – раз богам не нужна моя жизнь, я сделаю все, чтобы сохранить твою. Я стала искать Сферу жизни. Это один из великих утерянных артефактов, который поможет тебе сохранить свою жизнь.

На лице императрица появилась вымученная улыбка. Она опустила лицо сына и вложила ему в ладонь небольшой хрустальный шар, в котором клубился дым.

– Это Сфера жизни, сын мой.

Артефакт, который тебя спасет. Сразу после объединения вашей с Белль силы ты должен будешь окропить его своей кровью. И тогда останешься жив.

– А Белль? – спросил глухим голосом Даррел, разглядывая шар. – Что будет с ней?

– Она… она станет самой великой императрицей, – прошептала мать сквозь слезы. – Я обещала ей, что сделаю великой. И я сделаю. Никто никогда не забудет ее подвиг. Ее имя будет высечено не только в вечности, но и в сердцах тех, кто останется жив.

– Я останусь жив, а она должна будет умереть? Так вы с отцом решили?

Откуда-то в Дарреле появился гнев – холодный, точно лед.

Он заполнил все его тело, но принц не сказал матери ни слова. Только сжал Сферу жизни в кулак.

– Император не знал о том, что я ищу Сферу жизни, – ответила она. – Я не говорила ему. Боялась, что он может воспротивиться. Скажет, что должны умереть вы оба. Но затем он узнал обо всем и согласился с моим планом. Как бы он ни относился к тебе, Даррел, он твой отец. И он любит тебя, пускать никогда не показывал этого.

– А Белль?  Как я могу дать ей умереть, мама? – спросил срывающимся от ярости голосом принц. – Она ведь моя жена. Моя истинная пара. Моя императрица.

– Поэтому я и не хотела, чтобы ты влюблялся в нее, – прикрыла глаза императрица. – Чтобы все не обернулось именно так. Такими словами. Я даже познакомила вас в самый последний момент, искренне надеясь, что твое сердце не воспылает к ней чувствами. Но я не учла одного – те, кто предназначен друг другу свыше, все равно полюбят друг друга.

Даррел, прошу, выслушай меня. Я знаю, что она твоя супруга. И что ты любишь ее. Но я не могу спасти Белль. Только тебя, своего старшего сына, которого люблю больше жизни. Мне жаль, что так получилось. Но я не могу ей ничем помочь. Могу лишь только молиться и просить прощения у ее матери, моей дорогой Ари.

– Это несправедливо, мама, – потерянным голосом произнес сын.

– Знаю, мой мальчик. Знаю! Жизнь никогда не была справедливой.