Тогда почему вы отказываетесь от возврата денег?
– Мы хотим, чтобы ответчик выполнил добровольно взятые на себя обязательства. Мы заинтересованы в выходе сериала на экраны, а также в получении прибыли, после выплаты основной суммы долга. Также мы настаиваем на выплате неустойки за каждый день просрочки выполнения договора.
– А если прибыли не будет? Если сериал провалится в прокате? – полюбопытствовала я.
– Господин Клипман уверял нас, что его сериал будет иметь огромный успех, который принесет моему доверителю репутационные дивиденды, не говоря уже о финансовых.
Именно этого мы и хотим добиться, пусть даже через суд.
– Но, если я правильно понимаю процесс кинопроизводства, от продюсера не зависит весь съемочный процесс. Фильм снимает режиссер, а не продюсер, в кадре работают актеры, за камерой стоит оператор, так что господин Клипман физически не может стопроцентно обеспечить процесс съемок. Что скажет на это сторона ответчика?
Клипман встал, он вообще явился в суд без адвоката, видимо рассчитывая на свою компетентность в юридических вопросах.
Почему-то подобная самоуверенность меня раздражала. Впрочем, в этом человеке, который так нравился моей дочери и которого моя сестра считала гениальным, меня раздражало буквально все.
– Мы бы встречным иском просили признать договор недействительным в части обязанности обеспечить выход сериала на телеканалах, – сказал он. – Также я не готов возвращать инвестиции, потому что формально наш договор не расторгнут.
Он продолжает действовать. И я не отказываюсь снять сериал, потому что для него все готово. Съемки начнутся в самое ближайшее время.
Наглость этого человека меня поразила. Он не брал на себя никаких обязательств, но при этом отказывался возвращать деньги. Первым моим побуждением было принять решение в пользу Кана, обязать Клипмана доснять сериал, да еще и влупить штраф, чтобы не чувствовал себя небожителем. Но судья никогда не может идти на поводу у своих эмоций, какими бы справедливыми они ни казались.
Выслушав мнения сторон, я сухо закрыла заседание, перенеся вынесение решения на другой день. Оно было непростое."
"– Что будешь делать? – спросила у меня Машка, с которой мы в тот день обедали вместе.
Третьим в нашей компании был, разумеется, Дима, который тоже слушал внимательно. До сих пор учился у меня и мотал на ус. Я невольно улыбнулась.
– Как человек, я на стороне Кана.
