— Помнишь тот трехмесячный срок, о котором мы говорили?
— Разве я мог забыть?
— Не буду держать тебя и дальше в напряжении, — дразняще сказала Зара. — Я решила оставить тебя на более длительный срок.
Уголки губ Витале дрогнули в улыбке.
— И она снимает меня с крючка только теперь.
— Не думаю, что пребывание в подвешенном состоянии хоть чуть-чуть тебе навредило. — Зара шутливо ударила его по плечу. — Иногда ты бываешь излишне самоуверен. Но я тоже люблю тебя, — прошептала она очень нежно и искренне. — Я действительно очень сильно тебя люблю.
В душ Витале попал только поздно вечером. В тот день он вообще никуда не выходил из спальни. Эдмондо велели принести ужин туда. Признавшись в своих чувствах и поразившись сходству мнений, Витале и Зара страстно занялись любовью. Потом, лежа в постели, они долго обсуждали, как, когда и почему пробились первые ростки их привязанности, пока не исчерпали тему полностью.
Впрочем, Заре не казалось утомительным снова и снова слушать о ярости, в которую пришел Витале, поняв, сколь мало ценили ее родители по сравнению с братом.
В свою очередь Витале немало позабавило открытие, что именно его забота о Пушистике подсказала Заре, что в душе он гораздо мягче, чем можно было подумать по его первоначальному поведению.
— Так, значит, мой испытательный срок закончился, — с ноткой самодовольства в голосе отметил Витале.
— С чего ты это взял? — поинтересовалась Зара, вопросительно глядя на него.
— Ты сказала, что хочешь оставить меня на более длительный срок.
— Зависит от того, как понимать более длительный срок, — поддразнила она.
— Как в сказках, вместе до скончания века. Ты, я и наш ребенок, angelina mia, — поторопился уточнить Витале, касаясь рукой ее большого живота. Почувствовав легкий толчок ребенка, он рассмеялся.
— На мой взгляд, весьма достойная цель, — счастливо сказала Зара.
Эпилог
Прошло три года
Зара наблюдала, как ее дочь Доната резвится в ванне их лондонского дома. Потом она закутала девочку во флисовое полотенце и надела на нее очаровательную пижамку.
Темные глаза Донаты были точно как у Витале.
— Папочка? — требовательно спросила Доната сначала по-итальянски, а затем по-английски, демонстрируя равное владение двумя языками.
— Приедет позже, — пообещала Зара, подтыкая неугомонному ребенку одеяло. Про себя она добавила, что Доната увидит горячо любимого отца только утром."
"Витале всю неделю работал в Нью-Йорке. Иногда Зара ездила в командировки вместе с ним и даже брала с собой Донату.
