Звезда Сарханов

Со временем тексы научились синтезировать этот фермент и вживлять его представителям других рас. Но выживаемость личинок при использовании донора с искусственным заменителем была крайне низкая. Сейчас нуберийцы с такой аномалией крови встречались редко. Их выслеживали, за ними охотились. В крови Ширин такой фермент был, а потом выяснилось, что и Расим его унаследовал. Я выл от отчаяния и такой вселенской несправедливости!

– Неужели ничего нельзя сделать, любимый? – прошептала моя женщина, прижав к груди руки.

– Есть шанс, моя Ширин, – тихо сказал я.

 – Повелитель тексов пообещал мне любую награду, если я уничтожу землянку. Она в гареме твоего Дракона и прошла Обряд единения.

– Но, Барт, – подняла на меня свой лучистый взгляд моя родная, – если девушка прошла Обряд, то она неуязвима, как Дракон.

– Пока нет, любимая, – я вглядывался в милые черты, – пока нет. У нас есть еще несколько дней до момента ее полного слияния с силой. В замке мне не достать землянку, нужно, чтобы она его покинула.

– Барт, – взмолилась Ширин, в ее голосе было столько убежденности, – Драконы начали бороться с тексами, уже собран новый Совет Разумных.

Доходят слухи, что скоро падут последние норы и оплоты ненавистных личинок. Нельзя им мешать!

– У нас нет времени, любимая, – я был полностью с ней согласен, – но для Расима будет уже слишком поздно.

– Ради сына я сделаю все!

И я рассказал ей свой план. Когда сеанс связи был закончен и голограмма свернулась, перед глазами еще долго стоял родной образ. Как же я скучал.

Говорят, время лечит. Неправда. Время отметает мусор, оставляя на поверхности лишь истинные чувства. Именно они живут вечно и исчезают только тогда, когда ты сам перестаешь существовать.

Завтрак прошел весело и непринужденно, затем меня оставили с Тизкаром наедине. Навыки владения силой необходимы прежде всего мне, а еще я обещала Анситору. Свое слово стараюсь сдержать всегда.

Старейшим Дракон не выглядел. На вид он был ровесником Анситора, но вот в глазах его таилась грусть. Так смотрят люди, которые пережили нечто ужасное или потеряли близких и дорогих людей.

Задавать вопросы о его личной жизни было бестактно.

– Начнем с симбионта, – он говорил тихо, – обратись к нему мысленно и прислушайся, а потом опиши свои ощущения.

«Звездочка, привет!» – Я положила ладошку на грудь и почувствовала приятное тепло.

– Ой, она откликается! – воскликнула я.

– Так и должно быть, – улыбнулся мой учитель. – Симбионт – это то, что Боги дали нам в помощь.