Я уже давно была дома, а Валентина по-прежнему сидела в своём кабинете, просматривая черновик, но, не делая при этом никаких пометок, и вообще, казалось, что она просто задумчиво прочитывает то, что было написано, ничего больше…
Затем, словно очнувшись, она быстро закончила с работой и вышла из здания в раскалённый воздух московского лета.
- Милый, я заеду в магазин, поужинаем сегодня вечером? – она позвонила мужу по дороге, прижав телефонную трубку к уху.
- Боюсь, что сегодня не выйдет – с сожалением вздохнули на том конце провода.
- Ну, ничего… Миша собирался приехать со своей семьёй.
Валентина с трудом загрузила свои покупки в багажник своей машины, когда раздался звонок, и извиняющийся голос сына произнёс:
- Ма, сорян, но сегодня мы не приедем. Нас пригласили к друзьям, сама понимаешь…
Валентина понимала. Но она переживала за внука. Вряд ли мальчику будет полезно шататься с родителями по друзьям и ресторанам, так что она с удовольствием посидела бы с внуком.
- Насчёт Лешки не переживай, его Маринкины родители к себе забирают. До выходных.
- Ух, ты! Здорово! – внимательный человек смог бы понять, что мама совсем не рада, но сын этого не заметил и быстро попрощался.
Валентина долго сидела в своей машине возле подъезда, уже давно наступили сумерки, но она всё никак не могла решиться. Потом, словно очнувшись, она быстро поехала в сторону вокзала. Она ещё успевала на последнюю электричку, поэтому она спешила, вытаскивая свои пакеты с провизией, запрыгивая в пустую электричку, кули оттягивали ей руки, но она не высказывала недовольства.
Где ей нужно выходить, она помнила совершенно точно, ведь она редактировала почти все Машины книги. Так что она быстро отыскала небольшой домик с резными ставнями и уверенно постучала в него. Ей открыл пожилой мужчина и уставился на неё.
- Чего тебе, родная? – спросил дед Юрась.
- Вот, держи – она поставила пакеты на пол – только помоги мне.
- Так, ночь середины лета прошла, вроде – усмехнулся дед Юрась.
- Неужели, на этом всё? – она опустила плечи.
- А вот этого мне знать не дано – на лице старика промелькнуло сожаление – ежели ты хочешь, я постелю тебе в горнице.
- Нет, я… пойду я.
- Коли так, то тут можно срезать у сторожки, и выйдешь аккурат возле полустанка – напутствовал дед Валентину.
