Звездная Кровь. Лед-Кузнец (СИ)

Он почувствовал это.

Злое, холодное, чужое! Оно затаилось в самом сердце плетения, по которому в теле Восходящего струится Звездная Кровь, — ослепительно сияющая искра. Искра, которую он не звал. Искра, которую он не мог контролировать. Она переливалась ледяным синим, вспыхивая то холодным, то пылающим светом, пульсировала в такт его сердцебиению, но принадлежала не ему.

— Это моя Ледяная Печать, — раздался голос Кейнора. — Она будет с тобой, пока я не сочту, что твой долг избыт. Попробуешь извлечь или сломать ее, причинить мне вред, предать еще раз или ослушаться моего приказа — и осколок взорвется Последним Холодом.

Теперь у тебя тоже лед-сердце… брат.

Белый Дьявол знал, что это означает. Страшный дар, который давал владыка Эргиаля своим детям — смерть, в космическом холоде сжигающая как их самих, так и все вокруг. Гибель без надежды даже для Истинного, ибо она в клочья разрывала его средоточие.

— Ублюдок… — процедил он сквозь зубы, с трудом поднимая голову. — Я никогда не буду твоим… рабом.

Кейнор наклонился чуть ближе, глядя ему в глаза:

— Ты сам сделал выбор, брат.

Белый Дьявол хотел бы сорвать эту ухмылку с его лица. Но не мог — серебро не выстоит против неба, а свой камень хаоса он уже кинул. Расплата была неминуема — он знал об этом, и теперь оставалось только ее принять. Главное, что Кейнор понял — отсидеться в Домене больше не получится, тот час, о котором он говорил, наступил только что. Ему придется действовать — хочет того владыка Эргиаля или нет!

— Лед слышит, мне предстоит большая работа, — сказал Ледяной Кузнец.

 — А ты пока… успокой моих гостей. И попробуй объяснить им, что мы теперь играем в одной сфере.

Затем Ледяной Кузнец исчез. Его черная фигура растаяла, оставив после себя лишь шлейф снежинок, рассыпавшихся искрами в воздухе.

Но он не оставил его одного. Белый Дьявол услышал треск и почувствовал движение. Вокруг него, в глубине Чертогов Трофеев, ледяные статуи начали оживать.

Замороженные панцири трескались, откалываясь крупными кусками и осыпаясь крошкой.

Лед освобождал тех, кто был заточен уже сотни циклов. Освобожденные Восходящие зашевелились, открывая глаза. Трое — из сотен замороженных, но они и стоили сотен.

Белый Дьявол наконец поднялся на ноги, медленно приходя в себя и осматриваясь. Ледяная Печать все еще пульсировала внутри него, холодным эхом отдаваясь в каждом ударе сердца. Теперь она была частью его сущности — и ничто не могло ее вырвать. Он не знал, что это за печать и как с ней бороться.