На самом деле, фамилия у нее всегда была Кары-Ниязова, по матери. Воспитывала ее тетя Саида одна и об отце Хунька до определенного момента в жизни не слышала. История простая - тентуриец и землянка слегка полюбили друг друга, он - улетел, она - залетела, и в результате на свет появилась моя любимая подруженция, вполне себе человеческая девочка. Инопланетные гены в ней выдавали только слегка выступающие надбровные дуги и не по-человечески желтые, а в некоторые моменты ярко оранжевые глаза.
И жила бы она - не тужила, но договорной брак ее залетного родителя на родной планете потерпел полный крах, полное фиаско в плане деторождения. И в один прекрасный, а может быть и не очень, день явился ее дед тентуриец, долго вещал о генах, крови и семейных связях, а после его отлета семья Хуньки получила почти неограниченный лимит галокредитов, а сама она получила совершенно непроизносимую с первого раза фамилию. Ну, я думала, что непроизносимую, пока ее вот так вот взяли и не произнесли, точнее произнесли с первого раза.
..
- Верник Алевтина, выйти из строя для получения нагрудного знака ВЗА! - голос эльфа звучит несколько отстраненно, словно издалека.
- Алька! Чего застыла? Чеши давай! - шипит на меня Хунька, вырывая из раздумий.
Я вздрагиваю и строевым шагом марширую к по-прежнему сидящему остроухому. Мужчина подносит к моей груди звезду и вдруг замирает, пристально и долго вглядываясь в мои глаза.
А я что? Я смотрю в его - раскосые, зелененькие такие. У моего Дэна тоже зеленые, но не такие. У белобрысого ректора они, как молодая зелень - неестественно яркие, а у Дениски - больше болотные, земные, обычные. Но разве в этом дело? Дело не в цвете глаз, а в человеке и в твоем к нему отношении."
"- Поздравляю Вас, кадет Верник! - произносит эльф бархатным голосом и смотрит на мою реакцию. А реакции-то нет, нету реакции! Кон-чи-лась! Поэтому улыбаюсь ему вежливо так, не отводя глаз, и улыбка становится все шире при виде опешившего эльфа, с которого от неожиданности слетела вся аура власти и высокомерия.
- Служу Отечеству! - рявкаю я и мужчина вздрагивает, приходя а себя.
- Вернитесь в строй, кадет, - уже спокойно произносит он, а я разворачиваюсь и марширую, но чувствую, как спину сверлит изучающий взгляд сказочного пережитка.
