— Он тебе очень понравится, — тихо сказала ей дочь и ободряюще улыбнулась, — я могу его позвать?
— Да-а… — робко отозвалась салорка.
В медицинский блок вошел Погодин. Он осмотрелся, остановил свой взгляд на теще, которая глядела на него с явным беспокойством, а потом улыбнулся.
— Знаете, — сказал он, обращаясь к Морхане и одновременно ко всем, — я теперь знаю, в кого моя жена такая красавица!
На щеках, откинувшейся на подушки женщины, заиграл румянец. Ее смутили и порадовали слова молодого мужчины, который волею судьбы теперь стал частью ее семьи и судьбы.
Открытый взгляд крупного землянина располагал к доверию, и тревога ушла из глаз Морханы.
— Я переживал и побаивался встречи с вами, — продолжал зубоскалить Погодин, не обращая внимание на тычки своей жены, — все-таки теща в земном фольклоре не самый положительный персонаж, но… но вы так похожи на тетю Зою, Алькину маму, что просто не можете оказаться плохим человеком. Аааай…
Стас смешно запрыгал на одной ноге, потому что, в этот момент Алейна на нее наступила, чтобы хоть как-то его заткнуть.
— Видите? — обиженно сказал он, взирая на тещу, — видите? Ваша дочь совсем не жалеет меня!
— Алейна… — упрекнула ее Морхана, — это же твой муж, где твое почтение?
Но все понимали, что говорит салорка несерьезно. На губах тети расцвела улыбка, и глаза засияли. Гадать не приходилось, Погодин определенно ей понравился и мгновенно расположил к себе.
— Вот! — изрек он, обращаясь к Алейне, — слушай, жена, что говорит тебе эта мудрая и святая женщина! Смирение, почтение и покорность ты должна испытывать, взирая на мужа своего и господина, а не заниматься членовредительством.
— Погодин! — строго сказала сестра, но глаза ее смеялись, — я тебе дома все это продемонстрирую, четыре раза!
— Погодина, все вокруг будут моими свидетелями! Никто за язык тебя не тянул — сама пообещала! — ответил Стас, вызывая общий смех. Погодин отстранился от жены и подошел к кровати. Встав перед ней на одно колено, он бережно взял руку тещи и коснулся губами запястья, — я очень раз познакомиться с вами… мама.
— И я… — только и смогла выдавить Морхана. Из ее глаз снова покатились слезы. Она подняла руку и прикоснулась к щеке, а потом дотронулась до русых волос Стаса. В этом невинном жесте было так много тепла… и благодарности. Это почувствовали все, находящиеся в боксе.
— Все будет хорошо, — прошептал ей Погодин, — я обещаю.
— Не сомневаюсь, сынок… — почти неслышно отозвалась она.
